— Кысей, что она делает? — всхлипнула девушка и без сил опустилась в кресло. — Я не понимаю…
— Я здесь по просьбе господина Тиффано, — вдруг произнесла Лидия. — Он рассказал о вашем проклятии.
— Как ты мог!.. — Софи посмотрела на меня с невыразимым укором.
Пока я подбирал слова, чтобы ответить, Лидия опять заговорила:
— На самом деле, вам очень повезло, госпожа Бурже. Потому что я единственная в этом городе, кто действительно может вам помочь. Видите ли, я опытный специалист по… снятию проклятий.
С этими словами Лидия, как ни в чем не бывало, прошла к креслу и уселась в него.
— Это правда, Кысей?
Я стиснул зубы, отчаянно борясь с желанием взять Лидию за шкирку и выволочь отсюда, добавив хорошего пинка под зад за ее выходку. Но при этом я прекрасно понимал, что только Лидия со своим безумием, наполовину обратившимся в колдовство, способна почуять чужое проклятие. Я сам хотел, чтобы она взглянула на Софи и определила, что с ней. Зная ее паскудный характер, я не стал просить в открытую и намеренно спровоцировал ее, постоянно упоминая проклятие Софи и умоляя оставить в покое. Как и ожидал, Лидия тут же вознамерилась навестить девушку, вот только ее почти нескрываемая враждебность, да что там, откровенная ревнивая злость к Софи пугали меня. А сейчас она повела себя и вовсе необъяснимо. Я ожидал, что Лидия начнет запугивать Софи, спрашивать и говорить гадости, обвинять и порочить, но предлагать помощь…
— Госпожа Хризштайн весьма осведомлена во всем, что касается…мм… колдовства. Так что думаю…
— Мне надо вас осмотреть, — уверенно заявила Лидия. — Наедине.
— Госпожу Бурже уже осматривала местный лекарь, профессор Гиршем. Она выписала назначение и должна сегодня придти проверить… — Эжени смотрела на Лидию с откровенной неприязнью.
— Замечательно, только насколько я поняла, даже столичные лекари оказались бессильны, — улыбнулась Лидия, не сводя пристального взгляда с Софи. — Видите ли, госпожа Бурже, ваше проклятие смертельно. Но я не настаиваю.
Лидия встала и добавила.
— Тем более, что уже наверное и поздно.
Я похолодел от ее слов, вдруг осознав, что она что-то увидела, увидела в Софи, увидела ее проклятие или что иное? Но чем вызвана ее выходка? Я вспомнил слова Лидии про осознание ею реальности — неужели она засомневалась в реальности Софи? Бред, безумный бред!
— Кысей, я… Скажи мне, ты правда думаешь, что она может мне помочь? — в глазах Софи стояла такая тоска, что мне сделалось плохо. — Я не верю в проклятие!..
— Софи, — торопливо заговорил я, решившись. — Я уверен, ты должна попытаться. Пожалуйста.
Лидия стояла посреди гостиной, опираясь на зонтик, и не отводила жадных глаз от Софи. Как будто она нашла себе новую игрушку, начисто забыв о моем существовании.
— Госпожа Хризштайн? — жалобно спросила Софи. — Вы действительно можете помочь?
— Нет, — равнодушно ответила Лидия. — Не уверена. Смогу сказать точнее после осмотра. Если сочту возможным помочь, тогда и поговорим о цене.
— Что? — вырвалось у меня. — Какой еще цене? Вы же обещали…
— После, — отрезала Лидия. — Пройдемте в вашу комнату, госпожа Бурже.
Она подошла к Софи, бесцеремонно подхватила ее под локоть и подтолкнула к выходу.
— Я с вами, — мне стало неуютно от одной лишь мысли, что Софи останется наедине с этой безумицей.
— Нет. Подождите здесь, вместе с Тенью.
— Госпожа Хризштайн, — твердо ответил я. — Ваша эксцентричность может испугать неподготовленного человека. Поэтому я буду присутствовать. Во избежание недоразумений.
Лидия равнодушно пожала плечами, а Тень покорно застыла в неудобном кресле.
В комнате Софи я улучил момент и отвел Лидию в сторону. Мне нужно было услышать правду.
— Что вы увидели? Что?
— Вам не понравится… — медленно проговорила она.
— Я все равно хочу знать. Пожалуйста.
Лидия смотрела мимо меня, на Софи, и молчала. Я не выдержал и встряхнул ее за плечи.
— Вы слышите? Что вы увидели?
Она попыталась освободиться, но я придвинулся еще ближе и перешел на шепот, чтобы не услышала Софи.
— Не мучайте меня. Потом будете отыгрываться, но не сейчас, прошу вас. Мне нужно знать. Софи… Софи — колдунья?.. — от волнения у меня сел голос.
Лидия провела ладонью по моей щеке, и мне стоило огромного труда не отшатнуться от ее ледяного прикосновения. Я очень остро осознал, что в ее движении нет подтекста страсти, она словно сравнивала меня, сличала с неким образом, проверяла мое присутствие.
— Софи — колдунья? — повторил я вопрос.
Она привстала на цыпочки и шепнула мне на ухо:
— Нет.
Стоило мне выдохнуть с облегчением, как Лидия добавила:
— Но лучше бы была.
Я застыл возле окна, пытаясь собраться с мыслями. Лидия хищной птицей кружила вокруг усаженной на стул Софи, которая вцепилась в его край и сидела неестественно ровно.
— Как именно был проклят ваш род?
— Не знаю… Просто проклятие, я не знаю.
— Проклятие бывает разным. Можно пожелать, чтоб отсохли руки-ноги, — Лидия сделала многозначительную паузу, положив руки на плечи Софи. — Чтоб глаза повылазили, чтоб света белого не видел, чтоб пусто было, чтоб кровью умылся, чтоб покоя не знал… Как именно вас прокляли?
