1В мире царит справедливость.Она царит: в тюрьмах, в казармах, в больницах.Справедливость существует лишь в этих трех измереньях,потому что там все люди равны,то есть каждый сам по себе равен нулю.2В этой больнице была какая-то замаскированная зелень.Листья висели, как вялые огурцы.6 марта 67 годая шел в шинели образца Порт-Артурапо бильярдным аллеям больницы.Я шел под конвоем фельдфебеля медицины,я,новобранец,объявленной — всем! всем! всем! — Всемирной войны,я, уже не гражданин СССР, а почти небожитель.Передо мной открывалась отличная перспектива:1. В никелированной колеснице по больничной аллее скакал паралитик моего поколенья с лохматой и ласковой мордой, как Чудо-Юдо из сказки «Аленький цветочек». Он сообщил мне: — Стой, двуногое недоразуменье! Мои ноги отнялись. Никто их не отнимал у меня, это они сами. Они нетрудоспособны, но я их зачем-то таскаю на колеснице. В этом вижу я символические параллели: ноги мои — как наш пролетариат — не работают, но существуют. И указательным пальцем указывая на фигурки, он захохотал: — Тише! Они меня боятся. Я ваш социолог! Это был не сумасшедший, а так, немножечко паралитик.2. Из окна операционной талантливая невидимка исполняла все гаммы Сумак и Пиаф. Там лежала белая девушка с фарфоровым телом, и живот у нее был распахнут, как роза.3. Инвалид на одной ноге танцевал балет Майи Плисецкой. И пролетающей мимо мимозке-медсестре — он поманил ее — Люсенька! — и сказал: — Ваше лицо напоминает мне чье-то чудесное лицо. — Чье же? Люсенька мне подмигнула из-под красного крестика, из-под косынки. — Ваше лицо — точь-в-точь лицо вратаря из команды «Молдова».4. Два практиканта несли на носилках полузнакомый труп. В зубах у них было по сигарете «Шипка». У одного гиганта сигарета пылала, как мираж морских приключений. Другой практикант-негритенок не прикурил с перепугу. Я вспомнил: это был труп иностранца с инфарктом. Пока у него узнавали анкетные данные, он почему-то потихонечку умер в приемной. С него позабыли снять кислородную маску, так и несли с кислородной маской, как труп водолаза.5. Два мушкетера в тюремных пижамах, двойники Арамиса и д’Артаньяна, пробегали взволнованно по аллее, и один быстро-быстро признавался другому: — Я еще никогда не был пьяным. Что такое напиться — для меня секрет. Д’Артаньян подпрыгнул, как кенгуру: — Сейчас мы купим пару бутылок бренди, и ты в две минуты разгадаешь страшную тайну своего секрета.3На японских деревьях висели колечки солнца.Пролетала в колечки красавица птичка.Ах ты, птичка, проталинка-птичка!Чем питаешься ты в Петербурге, в граде Кранкенбурге?Солнцем стареньким? небом молочным?Как ты скармливаешь птенцам трамвайный билетик,подсчитав предварительно:счастливый или несчастливый?Не улетай!Братец твой — ангел на Петропавловском шпилевсе улетал и не сумел. Правда!
