Я на себя сержусь и о себе горюю.Попутал грех меня оставить сень родную,Родных привычек нить прервать, пуститься в путь,Чтоб темно где-нибудь искать чего-нибудь.Счастливый уголок моей уютной дачи,Досуг — я променял на почтовые клячи,На душную тюрьму, на мальпост: то-то постИ пытка! скорчен в крюк мой перегнутый рост,Торчу я кое-как на беспокойной лавке;Кажись, я и один, а тесно словно в давке,Прет в спину, в ноги прет — и божьего рабаТак гонит день и ночь почтовая гоньба,Уж тут не до еды. К тому ж, и слава богу!Затем, что нечего и есть во всю дорогу.Тем лучше! заодно — страдать, так уж страдай,А между тем хоть сыт, хоть нет, но пыль глотай.И это мы зовем в литературном слоге —Свободной птичкою блаженствовать в дороге.Блаженство хоть куда! грешно сказать, что ад;Чистилищем назвать искус я этот рад,Когда б гостиницы немного были чище,А не ручных зверков любимое жилище.Дойдет ли до того затейливый наш век,Который много снял оков с нас и опек,Чтоб перебрасывать и нас по телеграфуВ Неаполь из Москвы, из Петербурга в Яфу?Дотоле ни на шаг из дому никуда.С поэзией своей приелась мне езда.Что может быть милей родимого гнезда,Стола рабочего и кабинетных кресел,Где дома, без колес и без паров и весел,На коврик-самолет вскочив, как Ариэль,Летим себе легко за тридевять земель.Довольно землю я изъездил; а с порогаВиднеется вблизи другая мне дорога,Которою меня отправят на погост:А там и этого еще тесней мальпост.1858 (?)<p>ВЕЧЕР В НИЦЦЕ<a l:href="#comment_220">{*}</a></p>
