Спускаясь, заглянула в пакет: юбилейный альбом «Лейона», бутылка дорогого по виду вина со стилизованной под XIX век этикеткой, последние номера юридического журнала
Служебный этаж, как она и ожидала, заперт. Нужно набрать код, но Эмили его уже узнала. Еще до ланча.
– А зачем тебе он? – удивилась Йосефин.
– Поверь… тебе лучше не знать.
Йоссан долго смотрела ей в глаза. Изучала.
– Мне не нравится то, чем ты занимаешься. Это против моих принципов. И дать тебе код – нелояльно по отношению к бюро. Но чего не сделаешь, чтобы стать крестной матерью…
Эмили оглянулась, быстро набрала комбинацию из шести цифр и вошла.
Коридор совершенно пуст. Было бы странно, если бы кто-то работал в праздник. Хотя и такое случалось.
Она здесь проходила тысячу раз, даже больше… наверняка больше, но ни разу за последний год. Как будто вернулась в родительский дом в Йончепинге. Или на школьный двор. Но нет – все знакомо до мелочей, однако в каждой доске объявлений, в каждой картине на стене, за каждой закрытой дверью чудится угроза.
И где же искать содержимое чемодана
Где искать?
Спокойно. Двадцать первый век. Подавляющее большинство документов – в электронном виде. Еще при ней с каждым днем становилось все меньше папок на полках. Но совсем они не исчезли. До этого еще далеко.
Многие предпочитают распечатки. Приятнее перелистывать бумаги, чем крутить колесиком мышки и смотреть на мелькающие страницы – исчезает чувство реальности происходящего. Кажется, эти электронные документы пришли откуда-то из виртуальной компьютерной вселенной и там же в любой момент и исчезнут. Иными словами, почти у всех адвокатов в бюро вороха бумаг. Разница в том, что те, кто постарше, уходя, запирают их в сейф.
Первым делом она собиралась поискать в общем для всех архиве. Любые бумаги должны храниться не менее десяти лет – так записано в правилах архивирования юридических документов.
Мягкий ковровый пол. У Эмили в последнее время почти все время побаливала спина: живот, пусть пока и небольшой, влияет на осанку.
Она открыла стальную противопожарную дверь в архив и зажгла свет. Закрыла за собой дверь – с оглушительным грохотом, как ей показалось.
Здесь пахло пылью и старыми бумагами. Полки от пола до потолка, забитые картонными папками и архивными коробами, пронумерованными и надписанными в соответствии с принятой в бюро системой.
И мертвая тишина.
Эмили знала, что искать. Вернее, с чего начать. Документы на владение усадьбой Халленбру Стургорден – все они готовились в «Лейоне».
Она нашла их довольно быстро: еще не забыла схему цветных и цифровых кодов. На верхней полке. Подтащила небольшую шаткую стремянку. Встала на первую ступеньку и взмахнула руками: показалось, что лестничка покачнулась. А может, ребенок шевельнулся в животе.
Сняла нужный короб. Спустилась, положила на столик. Протокол заседания совета директоров, открытие счета, переписка с трастовой компанией в Гонконге, управляющими компаниями, адвокатскими компаниями – свыше десяти различных компаний. Среди прочих –
Бумаги ничего подозрительного не содержат, все оформлено строго по правилам. К тому же на верхней папке толстый слой пыли. В закрытом коробе такой слой за несколько недель не скопится. Скорее, за несколько лет. Так что «мусора» из усадьбы здесь быть не может.
Какой-то звук. Эмили замерла и прислушалась. В коридоре кто-то есть. Она торопливо поставила короб на место и отнесла стремянку на прежнее место.
Огляделась – где можно спрятаться?
Слишком поздно – дверь открылась. Она встала в стороне – в надежде, что кто-то просто заглянул в архив и сейчас же уйдет.
Но нет. Этот кто-то вошел в архив, закрыл за собой дверь и оказался Магнусом Хасселем.
– Эмили? Я думал, ты ушла домой…
Странно – в голосе ни удивления, ни злости.
Стоит и ждет ответа.
Идиотка… ей нужно было подготовиться, придумать на такой случай какое-то более или менее правдоподобное объяснение.
А сейчас ничего не приходит в голову.
– Кто тебя впустил?
Эмили покачала головой.
– Я сама. Йоссан попросила захватить для нее кое-что.
Магнус хмыкнул – весело, как ей показалось.
– А почему Йосефин не могла это сделать сама?
– А ты сам что здесь делаешь? – Эмили решила перехватить инициативу.
– Обет молчания. Слышала про такой? Обет молчания не позволяет мне поделиться с тобой этой тайной.
Эмили ничего не понимала. Магнус должен был разозлиться, вышвырнуть ее из архива, мог даже вызвать охрану. А он мягко спросил:
– И все же… что ты тут делаешь?
На секунду промелькнула мысль: а может, рассказать ему все как есть? Открыть карты? Но: почему он пришел? И почему именно сюда?
На видео с камеры наблюдения в
Он подошел и остановился – совсем рядом. От него сильно пахло спиртным.
