На фоне суровой российской действительности большим плюсом явилось прекращение боевых действий с дроу, а принесение вассальных клятв последними превратило конфликт в исчезающее малую величину. Прекрасно, замечательно! Публика хлопает в ладоши, угроза Новосибирску и пригородам снята с повестки дня — всё хорошо! Но тут на сцену выползла народная мудрость, вещающая, что «когда всё хорошо, тоже нехорошо». Плюс вышагивал в паре с минусом. Последним стал форменный ступор в правительстве РФ. Чиновники не знали, куда кидаться и за что браться. Иначе не скажешь. Когда тебя в явочном порядке уведомляют об образовании ещё одной национальной автономии… Властные структуры, обязанные работать в одной связке с МИДом, изрядно протормозили, не успевая за дипломатическим корпусом, спецслужбами, которыми железной рукой управлял всесильный Санин и военными, распахнувшими многоствольный рот на изрядный кусок пирога в лице боевых магов дроу. Понимая, что промедление смерти подобно, Вадим «монаршим» решением инспирировал появление на свет административных и силовых структур новорождённого субъекта Российской Федерации. За час до «аудиенции» с гостями из-под Новосибирска у него состоялся обстоятельный разговор с Саниным и Виктором Элундом, приглашённым ведущим аналитиком. Ши играючи организовала конференцсвязь, включив в круг Эльгранда, Элиэль и себя милую. Американец сходу, «на пальцах», разложил ситуацию на составляющие, обозначил узкие места, и предложил первоочередные шаги для достойного выхода из вырисовывающихся проблем. Эльгранд уважительно склонил голову перед талантом Виктора, целиком и полностью поддержав его инициативы. После сеанса связи он отметил спорные моменты и отгладил острые углы, слабо применимые с точки зрения дроу. Рассудив так и эдак, Вадим взял на вооружение откорректированную советником версию. Старейшины вняли и бодрыми козликами ускакали исполнять высочайшее повеление. Неизвестно, когда там Москва разродится, а жизнь налаживать надо сегодня. Санин обещал ускорить процесс, справедливо сетуя, что тоже не семи пядей во лбу и на сто дел разом не разорвётся. В своей-то епархии за всем уследить не успевает, а тут приходится в чужой монастырь соваться.
— Я к реке, — ни к кому конкретно не обращаясь, Вадим скатился с лавки. Высветившаяся на секунду голограмма разбитной ремонтницы кивнула головой, на спине биомеха с тихим шипением развернулась рамка биорадара, больше громадная туша боевой машины, опустившая ступоходы, никак не прореагировала.
Один из телохранителей нырнул в малинник. Таки не бездельники, зря Вадим на них понапраслину возводил. Расслабленные в ленивой неге дроу умело пускали пыль в глаза. Всё они контролируют. От сторожевых паутинок в магическом спектре рябит в глазах, территория поместья: старый дедов дом и бывшие хоромы Ширшихинского внучка оплетены ими почище, чем новогодняя кремлёвская елка гирляндами. Скользящий в тени секьюрити сейчас «окапывается» на предписанной командиром охранников наблюдательной позиции. Владыка вроде как один и вокруг никого чужого, но глаз с Белова и супружниц не спускают ни на минуту. Эдакое ненавязчивое сопровождение, которое, в случае непредвиденных обстоятельств, может и телом прикрыть, и огнём поддержать. Философия и жизненный подход тёмных эльфов больше всего напоминал подход японских самураев с их кодексом Бусидо. Воин дроу постоянно готов к смерти — Плетущая ждёт своих сынов. Сын Ллос, должен постоянно помнить, что он может умереть в любой момент, и если такой момент настанет, то умереть он обязан с честью — вот его главное дело. К смерти следует идти с ясным сознанием того, что надлежит делать воину дроу и что унижает его достоинство. Каждый дроу должен быть не только примерным сыном или дочерью всемилостивой Богини, плетущей нити жизни, но и верноподданным, свято блюдущим клятвы верности Владыке. Он не оставит господина даже в том случае, если число вассалов его сократится до одного. И ещё с десяток пунктов. Вадим и Ши постоянно удивлялись, как с таким жёстко регламентированным подходом увязывается любовь к интригам? Вроде и военный коммунизм, как последствие вековых прозябаний в ограниченных подземельях со скудными ресурсами и жесткой вертикалью власти матриархов и тут же битва пауков в стеклянной банке. Взять того же Эльгранда, он дня прожить не может не пнув изящно кого-нибудь из Анклава. Но, чего греха таить, Вадиму нравились дроу, в них он находил множество общих черт с орками. Воспитание Миледи сказывалось самым неожиданным образом, ведь из себя кусок не вырвешь, а то, что он отчасти стал орком — это общепринятый факт и от этого никуда не деться.
Не доверяя глазам, Вадим проверил округу. Эмпатическое восприятие и личные разведывательные модули указали ещё одну засветку. Незамеченный ранее длинноухий боец по широкой дуге обогнул беседку и застыл за флигелем бревенчатых хоромин, откуда открывался шикарный вид на деревянные подмостки у реки и на саму Дикую, переливавшуюся на солнце серебристым карасём. Бдят телохранители — это хорошо.
