– Взять его, ― коротко и жестко произнес Ханжонков, кивнув на Коренева, и троица сразу начала охватывать того полукольцом. Вот один из крепышей взмахнул кулаком, целя графу в голову. Однако удар не достиг цели. Граф скользнул под него и как бы потек, ввинчиваясь между противниками и производя какие-то трудноуловимые движения. Итогом спустя полминуты стала троица лежащих на снегу «испытателей», связанная между собой рукавами собственной одежды. Подняться и освободиться самостоятельно они уже не могли.
Зрители повторно в течение очень короткого времени были изумлены действиями парочки, недавно появившейся на площадке, на этот раз, ее мужской составляющей.
Придя в себя, Ханженков произнес:
– Ну, вы и мастер, сударь. Никогда подобного не видел. Вы утверждены на роль.
После случившейся демонстрации Княжна Елена, пораженная не меньше других, посмотрела на своего спутника совеем по-иному, каким-то особым взглядом.
После проб, обговорив график съемок и прочие детали, они покинули Цареборисовские пруды уже в ином качестве.
… Знаменитое «Ша, парниша. Не вякай, а то быстро открою тебе третий глаз» вошло в фильм и стало нарицательным. Но случилось это несколько позже. Впереди были месяцы съемок…
… Вечером в поезде, увозившем их обратно в Санкт-Петрбург, Галахад вновь зашел в купе княжны.
– А почему вы назвались моей фамилией, Елена Александровна, там, на Борисовских? ― задал он вопрос княжне, расположившись напротив нее на диване.
Та заметно смутилась.
– Извините, граф. Это нечаянно. Тоже, наверное, из подсознания вырвалось, ― тихо ответила она, подняв на Коренева свои глаза-омуты. Несколько секунд они, не отрываясь, вглядывались друг в друга, потом одновременно потянулись навстречу и очень нежно и застенчиво поцеловались.
С трудом оторвавшись от губ княжны, Коренев отодвинулся к спинке дивана и произнес:
– Извините, Леночка, но я не смогу сопровождать вас на съемки ни в каком ином качестве, кроме как в качестве вашего мужа. Это выше моих сил. Вы согласны стать моей женой?
Княжна Елена внезапно покраснела до корней волос и едва слышно произнесла два заветных слова, которые не говорила до этого никому и никогда.
– Да, милый…
Они вновь стали целоваться, и дыхание их становилось все более учащенным, но тут граф нечаянно задел правое плечо княжны, и та невольно вскрикнула от боли.
– Что, милая? ― заботливо спросил Коренев.
– Плечо… ― болезненно скривившись, отозвалась Щербатова.
Граф вскочил.
– Ну, конечно… Как же это я забыл… Подожди минутку. ― Он быстро вышел в свое купе, чтобы тут же вернуться с каким-то пузырьком в руке.
– Знал ведь, что такое может быть. Вот, держи. Разденься по пояс и намажь плечо. За пять минут пройдет. Я буду у себя. Стукни в перегородку, когда закончишь. ― С этими словами Коренев вновь вышел.
– Что это было? ― встретила его княжна вопросом, с недоверием косясь на свое правое плечо и шевеля рукой. ― Синяя опухоль исчезла прямо на глазах! Что это за чудо-мазь?
Коренев сел напротив княжны и посмотрел на нее напряженно и испытующе.
– А вот сейчас, Леночка, тебе предстоит услышать самое интересное. Тебе придется еще раз подтвердить свое «да», но уже после того, как ты узнаешь обо мне нечто важное. Дело в том, что я ― не тот, за кого себя выдаю.
В глазах княжны, мигом потухших, вдруг поселилась смесь тревоги и какой-то обреченности.
– Ты… скрытый революционер?
Коренев глянул на княжну удивленно и вдруг весело рассмеялся.
– Революционер? Неужто похож? ― Потом он резко прервал смех и сказал:
– Я не могу предлагать тебе выйти за меня замуж. Ты должна знать. Я ― из другого мира. Я не могу предлагать тебе выйти за меня замуж без того, чтобы ты узнала об этом. Муж и жена ― слишком близкие люди. Рано или поздно обман вскроется, и ты мне этого не простишь. А я очень хочу быть с тобой.
– Ка… Какого другого мира? ― с ноткой испуга переспросила княжна, невольно отодвигаясь от Коренева подальше.
– С другой планеты. ― И, глядя княжне в глаза, Галахад начал передавать в мозг княжны картины ландшафтов Мечты. Спустя пару минут он продолжил:
– То, что ты видела ― мой нынешний дом. И когда мы закончим здесь, я должен туда вернуться. Остаться здесь я не могу. Ты должна решить, последуешь ли ты за мной. Если да, я завтра же подам прошение на имя Государя с просьбой разрешить наш брак. Если нет ― ты забудешь об этом разговоре, я откажусь от роли, и тебя будет сопровождать в поездках другая охрана.
Долгое время охваченная паникой княжна не знала, что сказать. Потом спросила:
– А что вы здесь делаете?
– Пытаемся предотвратить втягивание России в мировую войну, которая разразится в Европе примерно через год-полтора.
– То, что я видела, похоже на рай. Или это и в самом деле рай, а ты ― ангел?
Галахад усмехнулся.
– Нет, я рожден женщиной, хотя и на другой планете. Я человек. И Мечта ― не рай, а планета. Очень красивая планета.
– А зачем вы помогаете нам? ― Мысли княжны Щербатовой вихрем проносились в возбужденном мозгу, перескакивая с одного на другое.
– Потому что это важно и для нас.
– И князь Карамышев ― тоже?
– Да.
