Кстати, тонкий и честный Ульянов, прекрасно осознававший «антропологическую» разницу в подходе к материалу, однажды заметил: «Лишь благодаря тому, что Лапиков был рядом, мне удалось в «Председателе» подняться на какой-то новый уровень: в нем была пронзительность мужичья, а во мне тогда уже была городская напыленность, которой в нем не было совершенно!». Сопоставляя его и Жана Габена как артистов одной, в сущности, темы, одного метода, Михаил Александрович признавался: и он сам, и многие коллеги, видевшие потенциал Лапикова, ждали от него «чего-то иного», выхода за прежний горизонт к новой тематике, другим жанрам. Но, словно повинуясь «вечному зову» (родной земли, соплеменников, национальной памяти), актер почти никогда не выходил за обусловленные сознанием и психотипом границы.
На съемочную площадку «Председателя» он попал с подачи Иннокентия Смоктуновского, который в 1953–1954 годах работал с ним в Сталинградском драмтеатре, а потому хорошо представлял себе возможности талантливого провинциала.
В самом начале 1960-х на съемках добротной, но неглубокой картины «Командировка» они пересеклись и с Олегом Ефремовым. У того – главная роль и статус звезды, у Лапикова – образ комического деревенского старика Татьяныча, и, казалось бы, никаких перспектив на успех. Однако популярный столичный актер тоже моментально разглядел потенциал нового знакомца и посоветовал ему испытать себя на московских подмостках.
Первое появление Ивана Лапикова на экране датируется 1954 годом – в тридцатисекундном эпизоде картины «Запасной игрок». Дебютант сыграл там вполне цивильного горожанина, провожающего комическим напутствием приятеля в морской круиз. В то время часто выходивший на сцену драмтеатра в Сталинграде актер имел неопределенное амплуа («на все случаи жизни»). В «Командировке» его персонаж условно-театрален, а первым подлинно мастерским эпизодом следует считать появление Лапикова во вставной новелле фильма «Если ты прав…» (1963), где «мотает» свой срок на золотоносном руднике бывший председатель колхоза Ефим Голубев, до того разбивший ненароком бюст Сталина в Доме культуры и получивший за это 15 лет лагерей. Двумя-тремя штрихами артист успевает показать крестьянскую закваску персонажа, недоумение от случившегося с ним на родной земле кошмара, природный стоицизм, несокрушимую волю к жизни.
На съемках «Председателя» в знаменитой сцене драки Ульянов несколько раз по-настоящему приложил «родного брата» затылком к березе. «Снимались мы оголтело – были здоровыми молодыми людьми, – комментировал впоследствии Михаил Александрович. – пять-шесть дублей, и Лапиков даже получил сотрясение мозга». Иван Герасимович не роптал: ничего не поделаешь, работа такая… Ленинскую премию за картину получил лишь исполнитель главной роли, хотя многие актеры и критики полагали: сыгравший Семена престижной награды был достоин не меньше. Одна беда – персонаж получился «идеологически не выдержанный», слишком своенравный. Что ж, Лапиков и тут совершенно не обиделся, счел: не беда, главное, что фильм получился.
«Больше всего любил он свое искусство, – вспоминала его супруга Юлия Александровна. – Но еще очень любил рыбалку! Уже здесь, в подмосковных Химках, в самом худшем случае всегда приносил пару лещей, на две большие сковородки, а рядом частенько ни у кого не клевало. И у меня всегда спрашивали: «На что, на что он ловит?!» И я неизменно отвечала: «Прежде всего, на терпение».
Родители, в особенности отец, были против того, чтобы Иван учился на артиста. Но он после школы отправился в Харьков и с первого раза поступил в театральное училище. Когда позади уже были два курса, грянула война. Возвратился к родителям и вскоре был мобилизован, попал в батальон, возводивший под Сталинградом противотанковые заграждения.
Затем наступили горячие дни, недели, месяцы: в составе особого подразделения довелось переправлять через Волгу раненых бойцов, за что в 1943-м удостоили медали «За оборону Сталинграда» (эту награду он до конца жизни ценил больше всех многочисленных регалий и премий). На опасной переправе вспоминал не раз горячо любимый фильм «Чапаев» и свое давнишнее (а точней, коллективное детское) упование: «Мечтали, а может, Василий Иванович выплывет?!» Военные впечатления-воспоминания Иван Лапиков использовал умело, создавая образы героев Великой Отечественной: Ерофеича в фильмах «Фронт за линией фронта» (1977) и «Фронт в тылу врага» (1981), рядового Бориса Краюшкина в «Минуте молчания» (1971), старшины Поприщенко в картине «Они сражались за Родину» (1975).
