белки бордюров и покраски заборов до военно-спортивной показухи. Если
офицеры и мичманы худо-бедно в учебные классы и на тренажеры попа-
дали, то матросы добросовестно повышали мастерство владения метлами,
кистями и лопатами.
Но это все так, флотская текучка. Ну смотр, ну проверка. Покрасили,
побелили и отдали честь. Командование учебного центра взволновала одна
немаловажная деталь происходящего. К ним съезжается цвет флота на пи-
роги, все вокруг моется и шкурится, а вот сами они все же могут выглядеть
не в лучшем свете… чисто внешне! Начальник центра, адмирал, вдруг узрел,
что из-за рутинной работы его офицеры, да и он сам, утеряли щеголеватость
и лоск, присущий настоящим флотским офицерам, неустанно трудящимся
на ниве повышения квалификации подводников. Мундиры старые, позолота
выцвела, фуражки немодные, крабы нешитые. Тоска. Срочно было собрано
расширенное совещание руководства центра, с привлечением командного
состава экипажей, находящихся здесь. По поводу мундиров вопрос решили
довольно быстро. Так как местное ателье Военторга общим решением было
признано не удовлетворяющим высоким требованиям будущего мероприя-
тия, то для пошива одежды был отряжен какой-то капитан 3 ранга из местных,
знающий в Питере все входы и выходы в военно-морские ателье. По поводу
фуражек мнения совпали у всех. Лучше, чем в Севастополе, не шили нигде.
Нужен был свежий человек, который мог за короткий срок обрадовать ко-
мандование новыми красивыми и стильными головными уборами. Вот тут
неожиданно и возникла моя кандидатура. Дело в том, что у меня за полгода
до этого родился сын. Я ездил в Севастополь дней на десять и попутно сооб-
разил несколько фуражек ребятам, пользуясь еще нерассосавшимися с кур-
сантских времен знакомствами. Вот именно об этом и вспомнил на совеща-
нии наш старпом. По немногочисленности находившихся в центре экипажей
других кандидатов на выполнение столь деликатного поручения не нашлось,
и старпом взял обязательство перед высоким офицерским собранием опе-
ративно озадачить лейтенанта Белова.
195
П. Ефремов. Стоп дуть!
Обозначенная постановка задачи по дороге от штаба до казармы транс-
формировалась старпомом для меня в предложение, от которого я просто
не мог отказаться. Жену и новорожденного сына за последний год я видел
всего лишь чуть больше недели, когда забрал их из роддома. Родителей –
то же самое. Так что в моем остром желании посетить город славы русских
моряков сомневаться старпому не приходилось. А посему старший помощ-
ник Павел Петрович, в простонародье Пал Пет, устами ракетного каплея
Пастухова предложил мне совершенно отличную от заранее намеченной
комбинацию: вместо командировки – отпуск, вместо командировочных –
незапланированное свидание с семейством за свои средства, и плюс в благо-
дарность за это 12 пошитых по предоставленным размерам под заказ фура-
жек. Пал Пет был старпомом умным и предусмотрительным и не мог не заме-
тить, что, предложив отправить меня в командировку, учебный центр как-то
довольно нелогично отказался ее оформлять от своего имени, перепоручив
это экипажу. А хитроумный Пал Пет рисковать не хотел, справедливо пола-
гая, что формулировка служебной командировки, звучащая примерно так:
«Для выполнения боевой задачи по индивидуальному пошиву головных убо-
ров старшему офицерскому составу», может вызвать неправильные вопро-
сы у материально ответственных ведомств.
В итоге всего вечером 29 апреля я оказался совершенно свободным че-
ловеком, с кучей чужих денег в кармане, пофамильным списком размеров го-
лов (причем самый маленький размер оказался именно у адмирала), отпуск-
ным билетом и полным непониманием того, как мне побыстрее добраться
до Крыма. Вот это-то как раз и было самой большой проблемой… В оплеван-
ные ныне советские времена практически любой гражданин страны мог по-
зволить себе, без особого ущерба собственному благосостоянию, передви-
гаться по стране посредством «Аэрофлота», а потому взять с наскока билеты
на самолет в местной кассе не получилось. На майские праздники я оказал-
ся далеко не первым среди желающих попасть в Крым. Слава богу, понимая
это, я заранее выторговал у Пал Пета начало отпуска с момента покупки би-
лета. Наметив на утро выезд с вещами в столичный город Таллин, в централь-
ные авиакассы, я в преддверии утренних забот улегся спать и уже через пять
минут блаженно похрапывал в своем общежитии.
Едва продрав утром глаза, я отчетливо осознал: с организмом что-то
не так. Мысленно просканировав себя от затылка до пяток и прислушавшись
к функционированию конечностей, никаких отклонений не нашел, и ника-
ких болей не ощутил. Но все же что-то было не так… А время требовало дей-
ствий. Но вот когда я начал чистить зубы…
До сего дня я практически не знал, что такое зубная боль, и мог с пол-
ным и законным основанием гордиться своими жевательными устройства-
ми. Всего одна случайная пломба, да и та курсантских времен, полученная
заботами милейшей Конкордии. Все остальные клыки, как на подбор, грец-
кие орехи грыз зубами не хуже Щелкунчика. С зубами было связано все-
