вала, либо последний, где течет крыша. Остальные квартиры благополучно
оккупируются тылом, штабом и береговой базой.
Супруга, кутаясь в халат, попросту потеряла дар речи, когда на линолеум
прихожей в течение пяти минут свалилось две свиных туши и два достаточ-
но приличных ящика. Оба ящика я сразу же разодрал и вручил водиле кро-
ме четвертного еще по три банки из каждого. Рассыпаясь в благодарностях,
шофер с машиной испарился в направлении парка отмечать путевой лист.
Скинув шинель, я напряг извилины. Консервы не проблема, а вот мясо…
Судя по количеству, и пяти стандартных холодильников не хватит. «Можно
и за окно в сетках, зима же, да и первый этаж у нас высокий, не допрыгнешь», –
проявила бездну ума жена, совершенно ничего не соображающая, если ее раз-
будишь. Колупаться с мясом всю ночь не хотелось, и, засучив рукава, я при-
нялся за дело. Топора дома не оказалось. Его вечером забрал мой товарищ,
забежав часов в девять. Кстати, он служил на соседнем корабле, том, на кото-
рый грузили. Тоже что ль свинью нашел? Ножовкой мороженое мясо пили-
лось, мягко говоря, хреново. Клочья пиленой свинины разлетались по стенам,
результат же был минимален. Промучившись минут десять и изгадив стены
прихожей процентов на пятьдесят, я остановился и оглядел содеянное. Пила
оставила на мороженом теле незначительные рубцы, и будь свинья жива, мне
пришлось бы туго. Мяса было много, даже слишком, одному мне было не по-
тянуть с разделкой. Ноги автоматически понесли меня к входной двери.
На нашей площадке располагалось три квартиры. Моя, разведенной
многодетной мичманши Любы и семьи гражданского водителя автошколы
Юры, мужчины веселого и тертого. Люба с детьми была в отпуске, ключи
от ее квартиры у моей жены. Ее холодильник мы уже учли в планах расклад-
ки готовой мясной продукции. Юра, несмотря на поздний час, еще не спал.
Моему визиту ничуть не удивился, вышел в майке и трусах и, почесывая жи-
вот, осведомился:
– Какие проблемы, сосед?
– Юра, мясо нужно? – я рубанул без подготовки.
– По сколько?
Юра подходил к вопросу по-деловому, но скучающее выражение лица
сменил на заинтересованное.
– Бесплатно. Килограммов полста дам на котлеты. Понимаешь, старик,
порубить надо, а топора нет, – сказал я как можно более безразлично.
Вдруг Юра исчез. Как ниндзя в китайском боевике, только без дыма.
За дверью что-то загремело, зашуршало, раздался крик:
– Лилька! Где мои топоры?!
Через тридцать секунд на пороге возник Юра словно викинг в наряде
воина-берсеркера с двумя гигантскими топорами, во вздувшихся на коленях
спортивных штанах, в той же майке, но с зимней шапкой на голове.
– Где?
Больше вопросов Юра не задавал.
До половины второго, пользуясь теменью полярной ночи, мы, словно
заправские мясники, махали топорами у подъезда. Юре я отдал половину
одной из туш, и он горячо просил не стесняться и звонить по такому пово-
323
П. Ефремов. Стоп дуть!
ду в любое время суток. Еще минут сорок мы с женой рассовывали по хо-
лодильникам и развешивали за окна порубленное мясо, а потом грохнулись
спать. Под утро снова пошел снежок и завалил следы нашего кровавого по-
боища у порога подъезда.
Последние выходные я провел в мясо-алкогольном раю, традиционно
«горячо» прощаясь с берегом. На сердце было спокойно: пропитание семье
обеспечено. Придя в апреле из автономки, я узнал что моя дражайшая супру-
га свинину видеть больше не может, и за время моего отсутствия она с сы-
ном не смогла даже ополовинить наш запас, и что скоро весна, и надо мясо
срочно доедать. К чему я безотлогательно приступил…
Само собой, я поступил некрасиво. Но к тому времени я прослужил
не один год и видел всякое. И зажравшихся, лоснящихся замполитов, и неко-
торых командиров с продовольственными складами в гаражах, и больших
звездных адмиралов, совершенно искренне считавших, что за десять дней
в море без продаттестатов они никого не объели, и портфели штабных лапе-
рузов, набитые шоколадом, воблой и дефицитными консервами после каж-
дой проверки и сдачи задач. Много всякого… Конечно, я поступил непра-
вильно, но мне почему-то и сейчас за это не стыдно.
Однажды в феврале, в жутко морозный вечер, мы ждали «скотовозов»
возле штаба дивизии в Оленьей губе. Машины запаздывали, народ от хо-
лода постукивал копытами, но далеко не уходил. Вбрасывание – штука
жесткая, можно и за бортом остаться. Наконец, совсем продрогнув, мы
заскочили в подъезд штаба, чтобы не окостенеть окончательно. И тепло,
и близко. Владимир Павлович Ванюков незадолго до этого купил новые
перчатки. Высокие, добротные, с застежками, на меху – самый север-
ный вариант. За весь день Палыч ненавязчиво достал всех расписывани-
ем достоинств своего приобретения, и сейчас продолжал расхваливать
их, уверяя, что руки в такую стужу ну ничуть не мерзнут. То есть доста-
вал безостановочно.
В коридоре кто-то крикнул, что кунгов не будет, и в Гаджиево пойдут
бортовые «КамАЗы» под брезентовыми тентами. Палыч, проявив кре-
стьянскую сметку, тотчас предложил опустить уши у шапок, дабы наши
