Рассказывать историю моего падения в этот момент мне как-то не очень
хотелось, и я ответил коротко и просто:
– Брось п…ь, вытаскивайте вместе с трапом. Сам не смогу.
411
П. Ефремов. Стоп дуть!
Ребята дружно схватились и вытащили меня наверх. К моему несказан-
ному восторгу, я умудрился сам встать и даже сделать пару шагов.
– Борисыч, давай вниз! К доктору! Сам сможешь?
Обнадеженный тем, что ноги меня слушаются, я кивнул:
– Да!
И со всей возможной скоростью почапал в надстройку к верхнему ру-
бочному люку, оставляя за собой след, как за тротуаромоечной машиной.
Трап вниз к центральному посту я тоже преодолел сам, обильно орошая все
вокруг выливающейся из одежды водой. У входа в центральный пост меня
уже ждали старпом и веселенький доктор Серега.
– Паша? Ты как? Что надо?
Терентьич очень волновался, да оно и понятно, стоило сказать, что он
меня отпускал, и приличная свеча в общеизвестное отверстие молодому стар-
пому была обеспечена.
– Тереньтич, все нормально, ты ни при чем. Холодно…
– Паша, быстро в амбулаторию! Сережа, забеги ко мне, возьми пол-
литра шила, разотрите его!
Меня и вправду начало трясти от жгучего холода во всем теле.
– Терентьич, пол-литра на тело и пол-литра вовнутрь!
В медблоке Антоха вместе с мичманом-химиком, внештатным санита-
ром, быстро разложили стол, раздели меня догола и уложили. Примчался Се-
рега, потрясая двумя бутылками спирта. Одну кинул химику.
– Лей и растирай. Все тело! Я сейчас помогу.
Повернулся к Антохе.
– Саша, стакан!
Налил почти до краев и протянул мне.
– Пей! И не выкаблучивайся! До дна!
Как я понял, возражения по размеру дозы не принимались. Взял и вы-
пил. Разом. За один вдох. И не поперхнулся. Серега и санитар с бешеной ско-
ростью терли мои ноги и тело. Стало очень больно. До такой степени, что хо-
телось выть. Наверное, на моем лице это отчетливо наблюдалось, и Серега
повернулся к Антохе.
– Сашка, плесни еще один стаканчик этому моржу. И пускай пьет
до дна! Дадим Борисычу наркоз…
После второй порции я мало что помню. Только какую-то суету во-
круг и горящее огнем собственное тело. Потом я как-то быстро провалил-
ся в небытие.
Проснулся я от стука собственных зубов. Я лежал абсолютно голый в изо-
ляторе амбулатории, под одной лишь простыней. Одежды рядом не было. Сна-
чала никак не мог понять, как сюда попал в таком виде, а потом вдруг разом
вспомнил все происшедшее. Нашел одеяло, закутался поплотнее, немного со-
грелся. На часах было 21.30. Спал я не менее трех часов. На удивление, пре-
красно себя чувствовал. Только замерз, как цуцик. И еще мочевой пузырь
настойчиво требовал осушения… Потом пришли доктор, старпом и Антоха
и со смехом рассказали, как я в обнаженном виде порывался уйти домой и ни-
как не хотел ложиться в постель. Старпом был доволен больше всех. Коман-
дир, здраво рассудив, что такое ЧП, как выпадание за борт прикомандиро-
ванного офицера во время учений, его экипаж не украсит, повелел сей ин-
цидент в вахтенный журнал не заносить. Тем более доктор заверил его, что
ощутимого ущерба моему организму от купания не нанесено после прове-
412
Часть вторая. Прощальный полет баклана
денных им лично медицинских мероприятий. Что правда, то правда, я не под-
хватил даже насморка. Отделался лишь разбитой переносицей и полностью
испорченной формой. После такого пребывания в морской воде мои сала-
мандровские сапоги разлезлись по швам, шинель и вся остальная одежда так
пропитались солью, что она выступала даже после двух или трех стирок, в об-
щем, полностью пришла в негодность.
Матроса из боцманской команды, ответственного за ограждение рубки,
наказали в узком кругу. Меня же доктор заверил, что если бы не выпитый
на посошок спирт, то, скорее всего, я бы с ним уже не разговаривал.
Кстати, после моего «одиночного» плавания он не поленился и замерил
температуру забортной воды. Что же, минус два, не так уж и много…
Голые погоны
Каждый военнослужащий должен постоянно за-
ботиться о чистоте тела, опрятности и исправно-
сти одежды…
Есть недалеко от столицы Северного флота такое местечко – Щуко-
зеро. Ничем не примечательная дыра, где, кроме пары десятков домов, пти-
цефабрики и складов доблестной морской пехоты, ничего нет. И было бы
Щукозеро рядовым населенным пунктом среди других, если бы не одно
обстоятельство. Находилось в нем еще одно учреждение, делавшее имя
поселка известным всем подводникам-североморцам, а особенно матро-
сам. Некий Дом отдыха. И отдыхали в нем после славных дальних походов
не офицеры и мичманы, а именно военнослужащие срочной службы. В те
уже далекие времена страна победившего социализма ни шатко ни вал-
ко, но старалась заботиться об отдыхе не только генералов и адмиралов,
но и низших чинов.
А посему в получасе езды от Североморска был воздвигнут небольшой,
но довольно уютный комплекс, состоящий из трехэтажной казармы с четы-
рех-, шестиместными номерами и культурно-оздоровительный блок с бассей-
ном, спортзалом, кинозалом, библиотекой, сауной и другими удовольствия-
