евым Юрием Максимовичем, личностью одиозной и нагло-грубоватой, что
в будущем предвещало ему неплохую карьеру. Сам каперанг в свою быт-
ность простым офицером немало наморячил на «азах», но карьеры как-то
особо не сделал, и назначился командиром только под закат этой славной се-
рии кораблей. Сделав одну самостоятельную автономку в ранге командира,
он больше в море не ходил. Его корабль сначала затащили в Полярный на ре-
монт, за два года ратного труда сделали из него игрушку, и, как водится у нас
на Руси, через несколько месяцев после выхода из завода отправили на игол-
ки к полному недоумению всех простых моряков, непричастных к высокой
политике. Исаева, чтобы тому не было обидно, отправили в Военно-морскую
академию, откуда он и вернулся в родную базу, а точнее, к нам в дивизию, за-
местителем комдива… учить других командиров, ну, менее опытных, в море
ходить. А неуверенность и недостаток морского опыта, как правило, очень
хорошо компенсируется громким командным голосом, хамством и просто
дубовым упрямством. А потому на выходе с Исаевым можно было в любой
момент нарваться на отборную матерщину в свой адрес, причем по самому
безобидному поводу. А еще Исаев как-то не очень любил замполитов, что,
наверное, неудивительно, после их многолетнего партийного шефства. Как
ни странно, никто из походного штаба не попал на постой в двухместную ка-
юту зама, куда во все времена засовывали кого-то из флагманских спе цов,
507
П. Ефремов. Стоп дуть!
чем заместители всегда были очень недовольны. Николай Иванович этим
обстоятельством остался очень доволен, а учитывая то, что пока вся эта бое-
вая суета мало его трогала, начал постепенно приходить к выводу, что служ-
ба подводника и в море не так уж плоха. А если принять во внимание то, что
корабль после ввода ГЭУ в действие перешел на морской рацион питания,
так вообще удивительно приятна и необременительна.
Сам выход корабля из базы, выпавший на утро, замполит провел в 5-бис
отсеке, с большим душевным подъемом дегустируя на пару с доктором пред-
стоящий обед. Судя по тому, что после отбоя тревоги оба обнаружились в ку-
рилке за неторопливым дружеским разговором, обед удался. Следующие
пару дней общекорабельной «войны» заму удавалось вести образ жизни, бо-
лее или менее сопоставимый с береговым. Ему вполне удавалось, не рису-
ясь лишний раз в центральном посту, проскальзывать в кают-компанию по-
сле Исаева и походя расписываться в журнале ЦП о проверке несения вах-
ты на корабле в ночное время, не утруждая себя фактическим обходом всех
отсеков. Но неожиданно случилась накладочка. Николай Иванович, оконча-
тельно уверившись, что в море он фигура не столько важная, сколько фор-
мальная и что никаких особых обязанностей, а уж тем более вахт ему никто,
естественно, не доверит, расслабился окончательно и попросил раскочега-
рить себе сауну ночью, после нолей. Вахтенные 5-бис отсека, которым хоть
и безобидный, но вечно отирающийся по всем палубам заместитель осто-
чертел по самое некуда, сразу согласились, правда, забыв предупредить, что
как раз на это же время в сауну собрался Исаев. И вот когда хозяйственный
замполит, уже в неглиже, мылил штатным земляничным мылом свои носки
с трусами в душевой, в сауну, сверкая залысиной, ввалился Исаев. Парить-
ся ЗКД любил основательно, с веником, мятой и прочими травами, с чаем
и разговорами с доктором, которого всегда брал с собой и считал кем-то вро-
де личного банщика. Узрев перед собой чье-то голое тело, да еще и с намы-
ленными трусами в руках, Исаев сначала от наглости немного опешил, а по-
том как-то сразу озверел.
– Это что за голый х… тут прачечную устроил, когда целый замкомди-
ва париться пришел?!
Николай Иванович за долгие крейсерские годы привыкнувший к немно-
гочисленности старшего офицерского состава на надводном корабле, а от-
того и более кастового отношения друг к другу в быту, на тон Исаева внима-
ния не обратил и дружелюбно ответил:
– Добрый вечер, Юрий Максимович! А я тут постирушку затеял… Вы
проходите, я сейчас носки сполосну, и парьтесь на здоровье!
Исаев, узнав в неизвестном голом теле замполита, озверел оконча-
тельно:
– А-а-а… А что, товарищ капитан 2 ранга, какие вы тут воспитательные
вопросы решаете, бл…, в ночное время?! А вы-то сами, знамя политпросве-
та, ёбтыть, знаете, какова норма расхода пресной воды в море на человека?
Да вы хоть знаете, бл…, откуда она на корабле берется, вода-то пресная?!
А кто вам сауну разрешил запитать? Я что-то не слышал в центральном, что-
бы кому-то разрешили! Я вас… твою мать…
И понеслось. Доктор, нагруженный маслами и шампунями, сунулся
было в предбанник, но, узрев голого намыленного замполита с трусами
в руках, и орущего на него голого замкомдива, смекнул, что столь нефор-
мальные отношения старших офицеров его не касаются, и посчитал за луч-
508
Часть вторая. Прощальный полет баклана
шее временно ретироваться в свою богадельню. Весь 5-бис отсек, а точ-
нее – вся средняя офицерская палуба, в течение минут десяти пополняла
свои знания русского матерного из поистине неисчерпаемого запаса Иса-
