лось, и корабли шли открыто, не пытаясь создавать караваны и не ища защи-
ты у военных судов. Растерявшись сначала, но потом сверившись с компа-
551
П. Ефремов. Стоп дуть!
сом, Олег повернул руль и пристроившись в пределах видимости за кормой
огромного лихтеровоза, начал следовать за ним. Везение рано или поздно
должно было кончиться, и на всякий случай Олег надел спасательный жилет
и перевязал полиэтиленом все свои документы, спрятав их на груди. Теперь
он уже старался не спускаться с мостика совсем, разве только по самой край-
ней необходимости, находясь все время в готовности к чему угодно: от про-
стого столкновения до абордажа или торпедной атаки. Но ничего не проис-
ходило, отчего ожидание становилось невозможно нервным, как зарожда-
ющаяся зубная боль. Время шло, кораблей вокруг меньше не становилось,
а «Североморец Гончаров», словно «Летучий Голландец», продвигался впе-
ред, как будто его и не существовало вовсе. Наконец, вдали ненадолго по-
казался берег. Основательно изучивший к тому времени карту, Олег понял,
что уже близко Баб-эль-Мандебский пролив и что, кажется, сейчас насту-
пит конец его сумасшедшему плаванию. Как военный человек он понимал,
что такой пролив просто обязан контролироваться странами, чьи берега он
рассекал, и такое морское недоразумение, как его корабль, не принадлежа-
щий ни к одному флоту мира, да и попросту украденный у кого-то, вызовет
если не массу вопросов, то уж как минимум задержание береговой охраной.
Поначалу у Олега даже мелькнула мысль спустить флаг и прошмыгнуть под
шумок под каким-нибудь другим из имеющихся в наличии, но потом что-то
его остановило. Упрямство или что-то еще, но флаг он не спустил. Корабли
на подходе к проливу немного замедляли ход, и Олег постарался максималь-
но близко пристроиться в корму своему контейнеровозу, который спокой-
но и целенаправленно шел в пролив. И линкор «Североморец Гончаров»,
ведомый Олегом со слипающимися от бессонницы глазами, добросовестно
прочапав часов шесть за контейнеровозом, спокойно вышел в акваторию
Красного моря, о чем Олегу неожиданно сообщили по-русски из громыха-
ющего железом громкоговорителя того самого контейнеровоза, за которым
уже почти сутки плелась его яхта. К этому времени Гончаров уже практиче-
ски спал, повиснув на штурвале, и этот стальной голос насмерть перепугал
его, вырвав из объятий Морфея так, что он умудрился приложиться лбом
к тому же штурвалу.
– Земляк! Не спи, а то идешь, как пьяный. Что со связью? Почему не от-
вечаешь? Мы уже в Красном море.
Олег выскочил на мостик и, проявляя проснувшийся в нем талант мима,
начал изображать в лицах отсутствие связи и желание попасть к ним на борт.
Видимо, у Олега и на самом деле были недюжинные способности, потому что
стальной голос с виноватой ноткой ответил:
– Понял. Но взять к себе на борт не можем. Скажи спасибо, что капи-
тан поговорить разрешил. Нас тут всего трое русских, а почти вся команда
польская и капитан тоже, и связываться с тобой наш «панове» не желает.
Будь аккуратнее, тут мины попадаются. Удачи тебе, моряк!
Потом голос на миг умолк.
– А за флаг уважаю!
И пароход отсалютовал ему длинным протяжным гудком.
Олег повернул руль, и яхта послушно ушла в сторону от громады «гру-
зовика». Потом уже вконец теряющий сознание от бессонницы Олег сбавил
ход, закрепил руль так, чтобы идти курсом на север и практически упал на на-
дувной матрас. Он проспал почти шесть часов, даже не представляя, куда все
это время плелась его яхта, но, как это ни удивительно, когда проснулся, ни-
552
Часть вторая. Прощальный полет баклана
чего экстраординарного не обнаружил, кроме летающих чаек и нескольких
кораблей вдали, двигавшихся в том же направлении, что и он. Так прошел еще
один день, и только под утро следующего, когда Олег уже начал верить в свое
просто сказочное везение, его «линкор» завершил свой жизненный путь. Что
это было – мина, или ракета, или еще что-то из богатого арсенала человече-
ства – он так и не понял, но корму яхты несильно подбросило вверх, и она
стала неторопливо погружаться, все выше и выше задирая нос. Олегу, давно
приготовившемуся к такому событию, даже удалось спустить на воду наду-
вную лодку с припасами. Флаг Олег тоже забрал, аккуратно сложив и при-
соединив к документам у себя на теле. Потом он оттолкнулся от яхты и, от-
гребая, с грустью наблюдал, как его героический «Североморец Гончаров»,
до последнего момента горя огнями, исчез в водах Красного моря.
Часов через десять его подобрал израильский корвет, на котором сразу
нашлось несколько человек, говорящих на русском языке. Олега тщательно
обыскали, вежливо выслушали, накормили, переодели и заперли в каюте под
присмотром вооруженного до зубов матроса. А потом был Эйлат, где Гонча-
рова передали в руки полиции и, допросив в очередной раз, снова заперли
уже в полицейском участке. Там он просидел еще несколько дней, пока его
не переправили в Тель-Авив, где к нему в камеру пришел уже представи-
тель украинского посольства. Олег на всех этапах рассказывал, естественно,
не о том, что было на самом деле, справедливо полагая, что даже сам в такое
