нажды удача отвернулась от него, и он оказался в плену. Сразу его не рас-
стреляли только по причине довольно юного возраста, но отправили в кон-
цлагерь куда-то в Польшу, откуда он бежал, почти два месяца шел куда-то
на юг лесами, чуть не умер от истощения и был случайно подобран югос-
лавскими партизанами почти без признаков жизни. Его уже было посчи-
тали мертвым, но неожиданно нашли в тряпье орден Красной Звезды, ко-
554
Часть вторая. Прощальный полет баклана
торый парень одному ему ведомым способом умудрился протащить сквозь
все круги плена. Парня передали в партизанский лазарет, и он, к общему
удивлению, выкарабкался и уже через месяц воевал в рядах югославской
партизанской армии. Там он сразу выделился своим каким-то озорным
пренебрежением к смерти и готовностью к самым невыполнимым задани-
ям, которые выполнял и всегда возвращался живым. Там он получил орден
«За храбрость» и орден Партизанской Звезды с винтовками. Потом война
закончилась, партизан засобирался было домой, и хотя друзья-югославы
предупредили, что на Родине бывших пленных не особо жалуют, советам
он не внял и был арестован сразу же на борту советского парохода, едва
тот покинул порт Дубровник. Молодой партизан и тут не сдался, умудрив-
шись выбраться через иллюминатор и вплавь добраться до берега Греции,
где сдался американцам.
А дальше было всякое, пока бывший белорусский и югославский пар-
тизан не оказался в мае 1948 года в Иерусалиме, где снова вступил в бой, те-
перь уже с арабами, как боец Цахаля, молодой армии обороны Израиля. Его
навыки были востребованы, и с того момента кавалер советских и югослав-
ских государственных наград превратился в офицера израильской армии,
кем и пребывал до шестидневной войны 1967 года, в которой ему, уже пол-
ковнику, арабской миной оторвало левую ногу по колено. После долгого ле-
чения полковник покинул военный госпиталь демобилизованным пенсио-
нером, абсолютно не представляющим, чем же теперь ему заниматься. Дело
в том, что за все эти годы он так и не обзавелся семьей, да и просто не ду-
мал о такой возможности, отдавая всего себя службе. Жить ему было где,
денег, которые он все эти годы практически не тратил, откладывая в банк,
было с избытком. Побездельничав с пару месяцев, полковник понял, что
так дело не пойдет, и решил заняться бизнесом. Немного поразмыслив, он
начал поиски старых, еще местечковых евреев, выходцев из России, кото-
рые умели шить обувь. Дело шло с трудом, но мало-помалу процесс пошел,
и уже через год под его началом трудились человек сорок стариков, еще
умеющих вручную стачать «штиблеты со скрипом». Полковник ринулся
в бизнес с таким же напором, бесстрашием и бесшабашностью, как в бой
в былые годы, и результаты не заставили себя ждать. Через несколько лет
его фабрики обували уже добрую четверть соплеменников, а через десять
лет на него уже работали с десяток фабрик, раскиданных по Италии, Ис-
пании и Греции. Все эти годы он параллельно делам занимался и поиска-
ми хоть какой-нибудь родни, оставшейся в СССР, но сложившиеся в это
время отношения между странами, не давали возможности развернуть по-
иски как можно шире.
Развал Союза и наступившие после этого «смутные времена» продви-
нули этот процесс, и, наконец, в 1995 году старик узнал, что он в этом мире
все-таки не один. Полковник в самые короткие сроки организовал свой вы-
езд в Одессу, где, явившись к Маргарите в дом, лично убедился в том, что
это не ошибка и это действительно его двоюродная племянница с его дво-
юродной внучкой. Мама Маргариты, как и все еврейские женщины, знав-
шая обо всех родственниках до седьмого колена вглубь и вбок, после разго-
вора с полковником признала в нем деда и на радостях грохнулась в обмо-
рок. Потом был общий ужин в шумном и веселом одесском дворе, поскольку
уже все соседи узнали о случившемся и отпраздновали это событие так, как
умеют праздновать только в Одессе. Маргарите дед понравился. Он был жи-
555
П. Ефремов. Стоп дуть!
вой и деятельный, не любил старческих разговоров о немощах и болячках,
а судил обо всем четко и здраво и очень весело рассказывал старые анекдо-
ты времен своей молодости. Потом он уехал, и уже через месяц им пришло
приглашение приехать в гости в Израиль. Оно было подкреплено весомым
денежным переводом на билеты и прочее, что и стало решающим доводом
для поездки. Денег у Маргариты и ее мамы просто не было.
В аэропорту Бен-Гурион, когда они наконец вышли из здания в оглуша-
ющий зной и их нехитрые пожитки подхватили два молодых человека, Мар-
гарита неожиданно обнаружила, что она теперь внучка чрезвычайно бога-
того деда. Они ехали к нему домой в Хайфу на совершенно нетипичном для
Израиля автомобиле «Хаммер», который до этого Маргарита видела толь-
ко по телевизору, и за ними неотрывно следовала машина сопровождения.
В тот вечер за столом они и узнали окончательно, кто их родственник. Дед
ездил к ним присмотреться, не открываясь полностью, а побывав, зауважал
свою племянницу и просто влюбился во внучку. Естественно, он сразу пред-
ложил им переехать к нему и навсегда. Мама смущалась, не зная, что отве-
