ми. Более ласковыми и взвешенными, хотя до полного уважения еще очень
далеко. Звание капитан-лейтенант вводит тебя уже в золотой фонд. Благо-
родный каплей с зачатками седины на висках – надежа командования и ко-
стяк флота. Само звание капитан-лейтенанта подразумевает, что ты прослу-
жил минимум четыре года, море знаешь не понаслышке и клаустрофобией
не страдаешь. Получить четыре малюсенькие звездочки – значит осознать,
что ты состоялся как офицер. А вот дальше у всех по-разному. Люксы неумо-
лимо и поступательно растут в званиях. Их и учили стремиться к адмираль-
ским звездам. С механиками сложнее. Должностей на всех не хватает. Да
и не все хотят. Но в принципе стать командиром дивизиона не трудно. Изъ-
яви желание – и рано или поздно тебя назначат. Не хочешь – служи спо-
койно управленцем и командиром группы, и никто никогда не кольнет тебя
этим фактом. «Пятнадцатилетние капитаны» – хребет корабля, его ум, опыт
и опора. Любой командир, даже самый глупый и недалекий, дорожит таки-
577
П. Ефремов. Стоп дуть!
ми офицерами, ценит их и прощает некоторые «старческие» наклонности,
зная, что замену им в море сыскать трудно, а порой и невозможно.
В свое время мои начальники говорили, что я подаю большие надеж-
ды. Рано назначили управленцем, хотя, на мой взгляд, я еще не соответство-
вал этой должности. Знаний маловато было и опыта никакого. Потом пооб-
терся, «железные» зубы нажил, все было. Мой второй механик Валерьяныч
очень настойчиво пихал меня в комдивы раз. Я едва не поддался его напору,
но вовремя затормозил. Ответственности я никогда не боялся, но посчитал
себя еще не готовым положить на плечи такое гигантское хозяйство. Шут-
ка ли: два реактора, турбины, считай полкорабля. Не хотелось беспомощно
краснеть, встань вопрос о том, чего ты не знаешь. В моих честолюбивых пла-
нах должность командира дивизиона стояла на шестом-седьмом году служ-
бы. В итоге комдивом стал мой товарищ, каплей Ушаченко, прослуживший
на год меньше меня, но менее закомплексованный. Отличный, надо сказать,
получился комдив! Как будто им и родился. Время шло. Меня периодически
звали то в тот экипаж, то в другой. Я под разными предлогами вежливо отка-
зывался. Хотелось остаться в родном экипаже. Потом уволился в запас Уша-
ченко, устав служить Родине за спасибо и не подписав навязанные нам кон-
тракты. Я остался. Подвел ненормальный оптимизм и глупая вера в здраво-
мыслие государства. После ухода Ушаченко альтернативы мне не оказалось,
и с чистым сердцем отпечатав представление на должность командира диви-
зиона, я уехал в отпуск. На мою беду, на этом этапе службы экипаж сменил
командира. Ушел в запас наш каперанг Светляков, пришел другой и прита-
щил за собой целую бригаду. Комдивом я не стал. Мое представление свер-
нули в трубочку и засунули сами знаете куда. Бразды правления первым ди-
визионом взвалил на себя «майор» Полканов, выдвиженец нового команди-
ра и выпускник моего училища одного со мной года. Самое интересное, что
немного погодя я даже обрадовался такому обороту. К тому времени на фло-
те уже не стало матросов с незаконченным высшим образованием, укра-
инцев, белорусов, прибалтов. На флот с его неслабой материальной частью
хлынули сельские трактористы с незаконченной восьмилеткой, наркоманы
из городских подворотен и закавказцы из далеких аулов, не понимающие
русский язык. Служба подводника начала становиться по-настоящему ри-
сковой. Отдаешь приказ с пульта ГЭУ в отсек такому недоделанному турби-
нисту, а потом сам бежишь через весь корабль его выполнять. Бежишь и ду-
маешь: не дай бог, он уже успел что-нибудь сделать! Пронеси господи! Ведь
обязательно не тот насос запустит или не тот щит обесточит. А так недале-
ко и до… В общем, как в анекдоте: нажал кнопку и вся спина мокрая. Так что
особо я расстраиваться не стал. Не сложилось так не сложилось.
С нашим новым командиром кавторангом Владимиром Николаевичем
Столыпиным по прозвищу Безбашенный я поладил быстро. Мне всегда уда-
валось ладить со своими начальниками. Главное – не лизать задницу. Ни-
какого подобострастия и подхалимажа. Просто надо выполнять приказы на-
чальника ответственно, в срок и с умеренным рвением. Разумные приказы
в пределах разумной инициативы. От самой примитивной служебной про-
блемы до доставания семье командира билетов на самолет в летний сезон.
Как говорил тот же Владимир Николаевич, служба военного проста: прика-
зали – выполнил – доложил. Ко всему прочему Вова Безбашенный, несмо-
тря на все свои военно-уставные причуды, человеком был честным и справед-
ливо полагал, что именно он лишил меня заслуженных погон. И, судя по все-
578
Часть вторая. Прощальный полет баклана
му, чувствовал себя передо мной в долгу. Правда, весьма своеобразно. Все
оставшиеся несколько лет под его командованием я исполнял обязанности
вместо всех, кого только можно было представить. И врио командира, и вме-
сто помощника рулил, и замполитом полгода ошивался.
Наверное, я неплохо справлялся, потому что уже через год командир
предложил мне подготовить представление на присвоение воинского зва-
