но захихикал:
– Вот за мной и пришли, Белов! Будем закругляться!
На пороге, сияя широченной улыбкой, возник еще один «автоматчик» –
капитан 3 ранга Туманов. Похоже, Света успела сообщить ему о трагедии,
разыгрывающейся в этой комнате, и он поспешил к нам разрядить обста-
новку.
– Здравствуйте, товарищи! Как дела на околонаучном фронте?
Лицо Туманова выражало безбрежное удовольствие, лучилось от бла-
женства и внутренней гармонии. Отпуск, дача, море, что еще надо челове-
67
П. Ефремов. Стоп дуть!
ку, чтобы достойно отдохнуть от военной действительности. Он был полная
противоположность взбешенному Туровскому.
– Что, хохлы, прищурились? Юрка, ты что-то на себя непохож.
Туровский обреченно махнул рукой.
– Я скоро умом тронусь. Свалился на мою голову ноль полнейший. Во-
лодя, будь другом, прими у него хоть пару вопросов, я оденусь пойду.
Володя энергично потер руки.
Ради бога! Ступай, занимайся своими делами, я тут повоюю за тебя.
В душе я ликовал. Туманов с флота вернулся недавно, теоретическим
училищным жирком обрасти не успел и четко знал, что на действующем
флоте необходимо, а что нет. Поэтому над курсантами особенно изощренно
не изгалялся, требовал в меру и звезд с неба хватать не заставлял.
– Ну, старшина, в чем ваши разногласия с моим многоуважаемым дру-
гом Юриком?
И все началось по-новой. Но совсем в другой интерпретации. Туманов
спокойно выслушал зазубренные мной тексты, просмотрел нарисованные
мной схемы, задал пару общих вопросов и подвел итог:
– На крепкий трояк ты тянешь без замечаний. Чего это Юрка к тебе
прицепился? Ему что, времени своего не жаль?
Я в ответ только жалко улыбался. Слова Туманова меня окрыляли,
но не более. Последнее слово все равно было за Туровским. И тот не заста-
вил себя ждать. Кажется, даже пока он одевался, его попросту выворачивало
наизнанку от тупоумия наглого и беспардонного курсанта. Метеором влетев
в комнату, Туровский с нескрываемым раздражением спросил:
– Ну, убедился, каких туарегов воспитываем?
Туманов отреагировал очень спокойно:
– Юра. Мне кажется, свой трояк парень заслужил честно. По край-
ней мере, память у него отличная. Я проверил. Он точно по тексту учебни-
ка шпарит.
Туровский взорвался. Далее происходило что-то неописуемое. Взды-
бившийся кавторанг буквально выдернул Туманова из-за стола и выво-
лок в коридор. Оттуда в течение нескольких минут доносилось рычание
и крики Туровского, изредка прерываемые робкими репликами младшего
по званию. Бедный Вова Туманов! Чего он только не наслушался. И пота-
катель малодушный, и моральный развратник, и остолоп флотский, и что
ему не будущих офицеров воспитывать, а телят гонять в глухой деревне.
Всего и не упомнишь. Просто изнасиловал моего заступника. После это-
го концерта униженный Туманов убыл на кухню к женщинам и больше
на сцене не появился.
Размазав идейного противника по стенке, Туровский снова возник пе-
редо мной. Настроен он был более чем решительно, и пощады на его лице
я прочитать не смог.
– Встать!
Туровский вдруг превратился из чересчур горячего ученого в настоя-
щего строевого офицера.
– Шагом марш обуваться!
Приказ начальника – закон для подчиненного. С тяжелым сердцем
я поплелся в прихожую. Проклятые хромачи никак не лезли на ноги. Я из-
мучился, но попросить ложечку для обуви не смел. Когда, наконец, я за-
кончил процедуру и выпрямился, моим глазам предстала такая картина.
68
Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова
Слева, в проеме двери, скрестив на груди руки, с видом гордого римско-
го патриция, уничтожившего орду варваров, высился кавторанг Туров-
ский. Усы вздыблены, глаза метают молнии, только сабли не хватает.
Справа у двери на кухню его жена. Она тоже успела переодеться, выгля-
дела очень соблазнительно в короткой юбочке, выгодно подчеркиваю-
щей красивые ноги, и обтягива ющей футболке, детально обрисовываю-
щей остальные женские достоинства. Друг друга они не видели. Зато я их
обоих – прекрасно.
– Ну что? – спросила Светлана беззвучным жестом.
Я опустил глаза и отрицательно покачал головой.
– Одну минуту! – Она сделала руками ободряющее движение и ре-
шительно вышла к мужу.
– Юрочка! Можно тебя на минутку?
И не дожидаясь ответа, подхватила того за руку и увлекла за собой
в комнату. Тот попытался вывернуться, но уверенная женская рука ласко-
во, но твердо направила движение мужа в нужную сторону. Дверь за ними
закрылась. Я же остался в пустой прихожей в совершенно глупом положе-
нии: уйти нельзя, остаться тоже. Первые пару минут супруги звуков не по-
давали вообще. После послышался звериный рык Туровского, периодически
прерываемый сеансами тишины. Постепенно сеансы становились все про-
должительней, а рычанье моего учителя все короче. Потом оно вовсе пре-
кратилось. По моему разумению, на это ушло минут десять. Потом дверь ти-
хонько открылась…
На переднем плане стоял Туровский. Был он красен, словно свежевы-
крашенный аварийный щит на контрольной проверке корабля. Да и вооб-
ще, был он несколько взбудораженным. За его спиной, застенчиво улыбаясь,
