Хочется крикнуть «ура!». Правда, вместо этого делается очень недоволь-
ное, озабоченное лицо. Что-то вроде банального лимона во рту. Весь твой вид
выражает неподдельную вселенскую тревогу за воинскую дисциплину в гло-
бальном масштабе. Недовольно покачивая головой, угрюмо спрашиваешь:
– Ну и кто же вас, матрос Безвинный, в таком виде в город выпустил?
Давайте-ка документы и увольнительную. Полюбопытствуем, откуда вы
такой.
Матрос протягивает документы, одновременно ерзая всеми частями
тела, пытаясь в очередной раз поправить незамеченные огрехи в форме
одежды. Ты берешь документы и молча, долго-долго их рассматриваешь.
Листаешь все страницы по нескольку раз и, главное, делаешь это, не под-
нимая глаз на бедного матроса. Чем дольше занимаешься документами,
тем яснее матрос понимает неизбежность полного краха планов на уволь-
нение. Выждав, медленно-медленно поднимаешь глаза, попутно осматри-
вая моряка с ног до головы. Лицо должно стать еще более суровым и бес-
пристрастным.
– Да… Так кто, вы говорите, вас в город отпускал? Отвечайте, товарищ
матрос, когда вас начальник патруля спрашивает!
Моряк начинает оправдываться, при этом абсолютно не понимая,
за что:
– Старшина команды мичман Многомудров… Замечаний не было… Он
все проверил… Носовой платок… Бляха…
Ухватываешься за тему.
– Да, бляху вы точно чистить не умеете.
Моряк по инерции начинает тереть рукавом и без того сияющую
бляху.
– Да и брюки у вас, по-моему, коротковаты…
Моряк бросает бляху и начинает оттягивать брюки вниз. Пора в атаку.
82
Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова
– Прекратите паясничать, товарищ матрос!!! А ну подтяните брюки
на место! Вы что, не знаете, что ремень должен не висеть на бедрах, а быть
утянут выше бедренных костей?!
При этом можно с чистой совестью схватить моряка за ремень и под-
тянуть его штаны на максимально возможную высоту, вплоть до подмышек.
Будьте уверены: любые брюки станут сразу коротки. Хотя, откровенно го-
воря, я до сих пор так и не знаю, в каком военном документе регламенти-
руются брюки на костях. Но так работали комендантские профессионалы,
и нам не оставалось ничего другого, как повторять их приемы. Ситуацию
можно было варьировать как угодно: грязный носовой платок, металли-
ческая вставка в бескозырку для придания формы, выгнутые не на долж-
ный угол бляха и «краб», шнурки неполной длины, подписка, подстрижка,
неглажка, небрит, немыт, тельник грязен или тельник застиран, ленточки
на бескозырке мятые, короткие или наоборот очень длинные, форма уши-
та или мешковата и позорит гордый вид советского моряка. Главное –
наличие фантазии и нежелание лично самому посетить гауптвахту в ка-
честве клиента. По сути, весь спектакль – внутреннее самооправдание
того, что делаешь мерзость по отношению к парню, который, может, со-
всем редко вырывается подышать вольным воздухом. Но эмоции в сторо-
ну! Ты на работе! Сегодня ты обязан заполнить листок десятью фамилия-
ми с номерами воинских частей и сдать их вечером в комендатуру. Чтобы
потом их рассортировали и отправили по частям, где за это матросы полу-
чат по полной дисциплинарной схеме, а скорее всего, лишатся ближайше-
го увольнения. Система.
Конечно, можно попытаться вписывать вымышленные фамилии, но за-
нятие это нецелесообразное, поймают и вдуют. Можно привести в комен-
датуру одного-двух пьяных «мареманов», тогда никто не поглядит на пустой
листок, но пьяные не на каждом маршруте валяются. Вот и совершенству-
ешь актерское мастерство. Доводишь до совершенства.
После занесения фамилии обалдевшего и скулящего матроса в свой
«черный» список можно поиграть и в демократа. Строго, но с доброй и неж-
ной душой. Отдавая документы, сделай сострадательное лицо и участливо
спроси:
– В город-то редко выходишь, разгильдяй?
Ответ предсказуем до тысячных. Редко, все в море, вахта… Вздыхаешь.
Можно для полноты картины минутку задумчиво покусать губу. Потом ре-
шительно машешь рукой.
– Ладно! Задерживать я тебя не буду! Но, не дай бог, попадешься кому-
нибудь! Другие не такие добрые. Ступай! Не забудь доложить старшине о за-
мечаниях. Дай-ка, я тебе на увольнительной автограф оставлю…
Расписываешься, козыряешь, и ваши дороги расходятся. Матрос ухо-
дит счастливый, что легко отделался и избежал топанья по двору коменда-
туры. Правда, не совсем понимая, за что же его останавливали. Но радость
от освобождения захватывает, и он мчится вперед, до следующего патруля.
А их в Севастополе много… Ты же двигаешься дальше в поисках новой до-
бычи. Выполнять план. Суточный наряд. Рутина. В следующие выходные ты
и сам будешь озираться в поисках опасности. Таковы правила игры.
Оставим в покое парадную столицу королевского Черноморского флота.
Там были свои нравы, неповторимые и уже канувшие в Лету благодаря су-
веренности Украины и всему нынешнему безобразию. Перенесемся в даль-
83
П. Ефремов. Стоп дуть!
ний полярный гарнизон. Маленький и обособленный, где гражданское насе-
ление составляют жены военных, их дети и сами военные, уволенные в за-
