пас. Ну и совсем небольшая прослойка истинно гражданских людей, но все
равно работающих на флот и неразрывно с ним связанных. Ловить здесь
в принципе некого. Увольнений у матросов не было, нет и никогда не бу-
дет. Идти некуда. Из всех чудес цивилизации один Дом офицеров и магази-
ны. В ДОФ матросов и так водят по воскресеньям на всевозможные культ-
массовые отрыжки периода военного коммунизма и рекомендованные ки-
нофильмы. А уж после технической революции, принесшей народу такое
чудо, как видеомагнитофон, походы в кино стали для моряков не удоволь-
ствием, а наказанием. Полчаса переться по сопкам в любую погоду. Сомни-
тельный отдых. Куда лучше сидеть в кубрике или кают-компании в тапоч-
ках и с кружкой чая.
Одним словом, отпущенные в увольнение военнослужащие как кате-
гория добычи отпадают начисто. Тем не менее матроса в поселке можно
встретить на каждом углу. И нечему удивляться. Власть-то в городе воен-
ная. Централизованная. Единоначалие, как никак. Улицы убирают матро-
сы. По штату есть, конечно, и дворники, но ими на удивление оформлены
почему-то жены местных флотоводцев. Те, которые давно забыли даже, что
есть такое слово – «метла». Зато есть муж с золотыми «паучиными» погона-
ми. У него целая дивизия, а то и флотилия в подчинении. Выскоблят до бле-
ска. А дворник лишь деньги «на шпильки» получит. Поэтому каждую суббо-
ту парко-хозяйственный день по уборке поселка. Или субботник. Как фан-
тазия у начальников сработает. У всех экипажей нарезаны участки около
домов. Мети – не хочу.
В магазинах-военторгах работают матросы. Телефонисты – матросы.
Сантехники – матросы. Шоферы – матросы. Заступил в патруль. Идешь.
Навстречу два «бойца». Чумазые, ватники грязные, рваные, пилотки на за-
тылках, ремни висят на мужском достоинстве, сапоги как со свалки подо-
бранные. Несут трубу. Останавливаешь. Документов нет. Про внешний вид
и говорить нечего. Будь дело в большом городе, ехать этим морякам с завер-
нутыми руками в комендатуру. Здесь толку нет. И матросам тоже все по ба-
рабану. Ну отведешь их. Ну посадят в камеру временно задержанных. Так
ведь через полчаса и отпустят. У кого-то дерьмом квартиру заливать начнет,
а труба и ремонтники в камере. Резона никакого. Да и планов никаких ни-
кто не дает. Только названивай каждый час дежурному по гарнизону и со-
общай, что с тобой все в порядке. Особо хорошо тем счастливцам, у кого те-
лефон дома есть. Посадил патрульных перед телевизором и занимайся сво-
ими делами, периодически выходя на улицу показаться прохожим.
Так что основная задача патруля в отдаленном гарнизоне – быть! По-
ложено по уставу – значит, должно быть! И будет! Клянусь собственным
здоровьем, но я видел целых два патруля на точке, где жило чуть более ста
человек, из которых треть была семьи офицеров. Два офицера и четы-
ре матроса! На город из одной казармы и трех панельных домов. Каково?
Положено!
Вторая задача северного патруля – миротворческая. То пьяные мичма-
ны морды друг другу ровнять начнут, то жена поддатого подводника мужа
на ночь в камеру сдать пожелает. Мало ли что случится? А в последние годы
даже образовался отдельный пост в местном гнезде пьянства и развра-
та «Офицерском собрании». Со времени открытия сидит бедный патруль
84
Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова
и ждет, когда развеселившиеся военные из-за женщин ссориться начнут.
Или просто от скуки молодые офицеры последнего разлива кулаки разми-
нать станут. Они, молодые, нынче те еще орлы. По разговору послушаешь:
то ли рэпер, то ли зек, то ли наркоман. Вот и выходит, что северный патруль
все больше по офицерам и мичманам специализируется. Матросы – это
второстепенно. Приехали по сигналу, скрутили, отвезли. Постоянным от-
ловом и не пахнет.
Другое дело бытовые ситуации. До последнего времени милиция у нас
была малочисленна и играла в поселке чисто декоративную роль. Лично мне
приходилось вместе с патрульными матросами снимать поддатого кавто-
ранга с женщины, которая подняла своими криками полдома, и к тому же
оказалась женой лучшего друга этого самого кавторанга. Муж ушел в море,
а офицеру под алкогольными парами померещилось, что жена товарища
как-то призывно на него глянула в последнюю встречу. Принял еще один
лишний стакан для куража и в гости, а там без промедления – в атаку. У вер-
ной жены мыслей об измене и в помине не было. Она, естественно, сопро-
тивляться. Но как говорил Соболев, «один матрос –взвод, два матроса –
рота…». Против такого напора бедная женщина не совладала и дала волю
голосу. Мы прибыли в тот момент, когда обнаженный ниже пояса кавто-
ранг при галстуке и погонах пытался возложить свое могучее тело на уже
полностью обнаженную женщину. Вокруг валялись растерзанные в кло-
чья детали ее туалета. Мои патрульные моряки с нескрываемым удоволь-
ствием совершили акт правосудия над зарвавшимся старшим офицером
и даже пытались вывести его в таком виде на улицу, чему я едва успел по-
мешать. Женщину, кстати, очень даже симпатичную, я закутал в просты-
ню и минут двадцать отпаивал валерьянкой на кухне, пока не приехал ко-
