Сложно не заметить величие и красоту всадников и их коней. Они выехали ровным строем по двое из-за поворота. Шкура лошадей благородно сверкает на солнце, а сами животные выглядят достойно и горделиво, словно осознают свою важность в этих краях. Но и наездники выглядят под стать своим коням. Высокие, стройные, светловолосые воины облачены в доспехи, а в руках держат длинные ясеневые копья. Всадники не замечают нас, но, впрочем, эту их оплошность быстро исправляет Арагорн.
— Что нового на Севере, Всадники Рохана? — на голос Дунадана тут же поворачивают все конники. Они, как ехали ровным строем, таким порядком и начинают окружать нас. Завороженная зрелищем прекрасных животных, не сразу осознаю, что мы оказываемся в тесном кругу, а на нас наставлены острия копий.
— Что привело эльфов, — Эомер скептически осматривает меня с ног до головы, а на его лице появляется слабая усмешка, — человека и гнома в наши края? Отвечайте!
— Меня называют Странником, — безобидно отзывается Арагорн, не отрывая своего взгляда от предводителя Всадников. — Я с Севера. Охочусь на орков, — кажется, слова нашего друга ничуть не убедили племянника Теодена. Мужчина спешивается и вплотную подходит к Арагорну. Рука рохиррима уверенно лежит на рукоятке меча, что говорит о том, что он в любую секунду воспользуется своим оружием.
— Я чуть было вас самих с орками не спутал, — признается Эомер, чем вызывает улыбку на моем лице. — Да вижу — ошибся. Но кто же так на орков охотится? Доведись вам повстречать их, сами станете добычей, — после этих слов рохиррим снова смотрит на меня, словно намекая, что женщина не способна держать меч в руках. — И что же вы за охотники, что тащите женщину с собой? — Эомер отходит от Арагорна, при этом делая несколько шагов в мою сторону.
— Меня зовут Аилинон, но в этих краях меня знают под другим именем. Когда-то давным-давно твои предки прозвали меня Лауреа за Свет, что я принесла в Рохан, — глаза рохиррима на секунду останавливаются на моем лице. Да, я сейчас выгляжу далеко не так, как должна была бы выглядеть носительница золотого света. — Мы прошли через Золотой Лес Лотлориэна и получили благословение его Владычицы. Возможно, поэтому не сразу узнаете тех, кто стоит перед Вами, — продолжаю говорить я.
— Даже если и так, — не веря произносит юноша. — А в Золотом Лесу, видимо, и правда есть Владычица. Поговаривают, что из ее сетей сложно вырваться. А значит, что вы и сами колдуны и волшебники.
— Среди нас лишь одна обладает даром колдовства, — честно отзывается Арагорн. — Но это светлая магия, которая принесла и еще принесет Средиземью пользу, — друзья обмениваются еще парой ласковых и все это время рохиррим внимательно следит за моими действиями. Не доверяет, это сразу видно.
— Кому вы служите? И по какому праву оказались на земле Рохана? — никак не унимается Эомер, продолжая испепелять нас всех своим пронзительным и недоверчивым взглядом.
— Я никому не служу, — смиренно отзывается Арагорн, а его слова режут лучше, чем меч. — Орки — мои враги. А врагов я считаю только мечом. И как видишь, я не безоружен, — Дунадан откидывает в сторону полы плаща и вынимает свой меч из ножен. — Ты хочешь знать, кто я? Перед тобой Арагорн, сын Араторна, Эллесар, наследник Исильдура, сына Элендила, короля Гондора! Вот возрожденный меч Исильдура. Теперь ты знаешь, кто я, и я хочу знать, помощи или помехи мне ждать от вас?
Слова и тон Арагорна поражают меня. Впервые я вижу его настолько уверенным в себе. Он словно вырос в моих глазах. Я будто смотрю на многовековое величие и силу, накопленную всеми предками Дунадана. И я бы хотела видеть столь сильную личность на престоле Гондора. Сильно увлекшись своими мыслями о нашем будущем, несколько выпадаю из реальности.
Эомер с Арагорном по-прежнему что-то бурно обсуждают и спорят. Рохиррим явно не намерен просто так нас отпустить. Это ясно по напряженной фигуре Всадника, он натянут, словно тетива лука. Наблюдая за пререканиями двух людей, не замечаю, как ко мне подходит Леголас. Аранен встревоженно вглядывается в мое лицо.
— Ты слишком бледная, — констатирует факт Лесной принц. — Уверена, что продолжишь с нами этот путь? — эльф ласково приподнимает мою голову за подбородок. Кажется, его совершенно не волнуют окружающие нас Всадники. Вырываюсь из его рук, недовольно фыркнув.
— Ничто не изменит моего решения, — уверенно отзываюсь я. — Даже не пытайся меня переубедить, — сильнее запахиваю плащ, чувствуя озноб. Плохой знак, яд прогрессирует, невзирая на все мои усилия его остановить. Мне еще повезло, что я смогла относительно спокойно жить все эти пять дней. Встревоженный взгляд, который Леголас бросает на меня, говорит о том, что он совершенно не верит моим словам.
-… А возглавлял отряд Гэндальф Серый, — это имя словно заставляет меня вынырнуть из-под толщи воды. Арагорн ходит по тонкому льду, начиная рассказывать все больше о нас Эомеру. После произнесенного имени Митрандира рохиррим еле заметно вздрагивает, а его лицо искажается мрачной гримасой.
