Книжные развалы заполонят город в девяностые. Тогда растущие как грибы издательства начнут штамповать детективы и фантастику на бумаге, недалеко ушедшей от папиросной. Книги в ярких суперобложках будут лежать прямо на асфальте, а изголодавшееся по чтиву население станет скупать их десятками.
Надеясь, что "свято место пусто не бывает" я езжу по старым адресам. Удача улыбается мне на третьей "точке". Около большого продуктового магазина стоят загадочные личности, а на парапете выставлены заветные томики. Чуть в стороне от них стоят два лохматых субъекта в кожаных штанах и коротких джинсовых куртках с огромным количеством приколотых значков. Возле них, вроде как сами по себе лежат несколько виниловых дисков и компакт-кассет.
Умиляясь, читаю названия: "Абба", "Бони-М", вездесущие "Битлз" и даже "ансамбль "Урия Хип".
— Почём кассеты? — спрашиваю.
— Червонец, — не глядя на меня, говорит лохматый.
— А записать можно?
— Что?
— Сборник.
Он переводит взгляд на меня.
— Четвертной.
— Дорого.
—Дешевле "Сябры" в ЦУМе, — презрительно сплёвывает он.
— А если на бумажке напишу названия, сможете сделать сборник?
Лохматый глядит уже более заинтересованно.
— Если есть записи, то делаю, — говорит. — А капуста у тебя есть, колхозник?
— Настригу и приеду, — отвечаю.
Он с сомнением оглядывает мой "прикид" и снова теряет интерес. Я подхожу к "книголюбам". Хожу и не спеша приценяюсь. Цены, ожидаемо, раза в четыре выше, чем предложил мне букинист.
Наконец, выбираю одного. Называя мне цены на книги, он забавно смущается, словно предлагает родную сестру для утех подгулявшим ландскнехтам. Очевидно, торгует недавно.
— Как вы думаете, — наивно спрашиваю, — сколько может стоить вот эта книга?
Вытаскиваю из рюкзака краешек обложки "Записок о Шерлоке Холмсе". "Книголюб" волнуется.
— А, ч-ч-что у вас есть ещё? — он смотрит на увесистый рюкзак.
— Может, лучше не здесь? —отвечаю в лучших шпионских традициях.
— Вы правы...
Мы направляемся через дорогу к заведению, которая называется "рюмочная". Да, прямо так на вывеске и написано. Я "банкую" и на последние деньги покупаю "книжнику" сто граммов водки и бутерброд с селёдкой. Себе беру совершенно безвкусный чай.
Он заглатывает алкоголь, ослабляет узел галстука, и мы начинаем торговаться.
— Десять рублей, больше и не просите!
— Но я видел такую у бородатого типа в кепке за тридцать!
— Вот ему и продавайте.
— И, таки, продам.
— Почему вы говорите "таки"? Вы что, еврей?
— А вы?
— Я, нет.
— Тем, таки, хуже для вас.
Словив кураж я гну "книжника" по цене. Он много потеет, промокая лоб платком.
Торговаться он не умеет, потому что книги любит. Я же, откровенно, отношусь к ним потребительски. Прочитанная книга, это как выпитая бутылка. Приятно посмотреть и вспомнить, но пить второй раз? Простите.
За вторыми ста граммами я узнаю его нехитрую историю. Бывший доцент педагогического университета однажды в порыве романтических чувств привел к себе домой коллегу женского пола, и похвастался перед ней своей библиотекой.
Среди других там затесалась книжка Пастернака. Наутро подлый предатель социалистических идей был изгнан и из КПСС и из института, а коллега заняла его место на кафедре литературы.
Книги он считал едва ли не живыми существами и очень смущался из за того, что вынужден ими торговать. Так что всего через час мой рюкзак похудел, а я стал счастливым обладателем ста двенадцати рублей.
Бывший доцент на последок делает гадость. Говорит, что с собой у него таких денег нет. Мы отправляемся к нему домой в район хрущёвских пятиэтажек и убогих узких дворов. Я опасаюсь кидалова, но "книголюб" честно выносит мне деньги в подъезд.
В квартиру предусмортительно не пускает. Крамольный Пастернак, видимо, еще не покинул сих стен. А может, там что нибудь и позабористее есть.
— Сергей, — говорю перед уходом. — Можете набросать мне списочек книг, которые пользуются спросом?
— Зачем, — хлопает глазами "книголюб".
Край непуганых идиотов.
—У друзей спрошу, — отвечаю, — вдруг у кого-нибудь завалялась что-то интересное.
— Сейчас, — суетится он, — приносите, конечно.
Судя по этой радости, он меня всё таки нагрел. Но я и не хочу "выжимать" бышего доцента до капли. В будущем он может пригодиться. Связи, вещь бесценная. Это в наше время зайдешь в любую социальную сеть, и каждый, как на ладони, со всем своими женами, любовницами, лишними килограммами на талии и незадекларированными доходами.
Здесь же люди, как острова в океане: от одного до другого хрен доберёшься, а друг про друга они вообще понятия не имеют.
А жизнь-то налаживается! Отмечаю своё укрепившее финансовое положение порцией пельменей со сметаной, и стаканом на удивление приличного чая с лимоном.
