Игорь, исподволь выпытывая детали побега городского электрика, вводил того в курс дел поселка. Оказывается, у диких, как по привычке все еще называл их Антон, большой проблемой был недостаток образованных и подготовленных кадров. Картошку выращивать да травы собирать — дело нехитрое, а вот развести электричество по поселку, да еще организовать его обеспечение или подключиться тишком к сетевой оптике в коллекторах города — тут были нужны знания и опыт. Оборудованием город их снабжать отказывался, и полагаться приходилось на то, что производили или добывали сами.
Не в этом поселке, конечно, но, как выяснилось, у диких тоже имелись фабрики, где они пытались справиться с самыми насущными нуждами. Именно поэтому поселок с готовностью согласился принять беглеца и лечить его в надежде, что он выживет и станет ценным специалистом.
Антона, по большому счету, сейчас волновало и интересовало главным образом то, что было связано с его очевидной уже болезнью. Даже новость о том, что Светка, услышав, что Антон сбежал к ним из города, просилась идти с Гошей, с трудом пробилась сквозь мутную тяжесть, обволакивающую Антона все больше и больше. Хотелось сесть, а лучше лечь и хоть немного отдохнуть. Но сопровождающий был непреклонен — надо идти, потом будет только хуже. Куда уже хуже!
— Гош, а почему ты с оружием? — через силу задал парень беспокоивший его вопрос.
— Как это почему? Я же в милиции. Положено так. Каждый милиционер обязан иметь оружие при себе. Ну, кроме поселка, конечно.
— А я когда у вас был, никого с оружием не видел, — сообщил Антон.
— Странно. Вообще-то у нас практически все мужчины в милиции. Без этого никак.
— А Михаил?
— Дядь Миша? И он, конечно.
— Но когда я его встретил у реки, у него ничего, кроме удочки, не было.
— Ну ясен пень! Он же не на службе. Чего ему на рыбалку ствол таскать? — Игорь немного помолчал и задумчиво добавил: — Хотя вообще-то должен бы был.
— А зачем вам оружие вообще? — не унимался Антон. — С кем вы воюете?
— Да ни с кем, — безразлично пожал плечами провожатый. — Людей мало, места дикие. Обживешься — сам увидишь. У нас тут и волки, и медведи, и кабаны — всякой живности навалом. Ну и люди, конечно, попадаются разные пришлые. Взять у нас особо нечего, но если вокруг бродят всякие с оружием, то и самим лучше его под рукой держать.
— Медведи? — удивленно переспросил Антон.
Игорь весело взглянул на городского, довольно ухмыльнулся:
— Не бойся! Они сейчас жирные — еды хватает. Зачем им костлявый электрик?
Вдали показались крыши поселка. Антон узнал место, откуда его забирал вертолет, и новая волна беспокойства накрыла измученный организм. Все существо, вся воля собрались ради единственной цели — дойти. Казалось, что там наконец он сможет лечь и отдохнуть. Его трясло, ноги подкашивались, периодически накатывала какая-то муть перед глазами, и когда она отступала, он не мог вспомнить, как двигался и что делал только что.
В какой-то момент Антон с удивлением заметил, что надоевшей сумки на плече больше нет, ее несет на себе Игорь. Он собирался было протестовать, но тут его снова затрясло, и Антон сдался. Последнее, что он помнил, — пара незнакомых мужчин, подхвативших его под руки, потом вселенная закрутилась водоворотом вокруг, солнце ослепило глаза, он зажмурился, и красная пелена окончательно поглотила сознание.
Кабинет начальника отдела Службы безопасности Костикова Андрея Михайловича на первый взгляд ничем примечательным не выделялся. Иван, стоя в своем служебном модуле, терпеливо ждал, пока хозяин вернется к разговору, отвлеченный каким-то сообщением, и разглядывал помещение своего непосредственного начальника.
Учитывая возможности современных интерфейсов, оно казалось скромным, даже аскетичным: светлые ореховые панели в полстены, однотонные обои с невыразительным рисунком, большое окно со сложным мелким переплетом. Дополнял композицию старомодный деревянный стол и ореховый же комод, стоявший в углу. Хозяин — подтянутый мужчина неопределенного возраста, видимо, старше пятидесяти, с аскетичным лицом и блестками седины на коротко стриженной голове, повернувшись спиной, вычитывал какой-то документ на большом планшете, и в этот момент Иван вдруг осознал, что все, что он видит, — не картинка, созданная интерфейсом стен, а реальная, настоящая отделка самого настоящего кабинета.
Неожиданное открытие потрясло: одно дело — стандартные панели, способные создать иллюзию любой отделки, любого пейзажа или абстракции, другое — настоящее дерево и настоящее окно, которое до сих пор он видел только в модуле сбежавшего электрика Антона — оно сохранилось там по какому-то капризу судьбы и выверту сознания странного беглеца. Скромный с виду кабинет показался образцом невиданной роскоши, заставив Ивана по-новому смотреть на себя, подмечая отсутствие стандартных интерфейсов, кроме того, через который он общался, и других следов, ставших вездесущими приметами человеческого жилья.
