– Эй, поосторожней! – огрызнулся Валентин, когда я подвела его к креслу и силой усадила туда.
– Это я как раз осторожно, – усмехнулась я, замахнувшись на Гремлева для острастки.
Тот вжал голову в плечи и даже с испугу зажмурил глаза. Осознав, что удара не последует, он открыл сначала один глаз, потом другой и пошел в словесное наступление:
– Что происходит? На каком основании вы так со мной обращаетесь? Я ничего не сделал, отпустите меня! Это произвол! Я буду жаловаться!
– Ваше право, можете жаловаться кому угодно и на что угодно, но сначала расскажите, за что вы убили Анну Плотникову! – потребовала я, включив диктофон.
– Я никого не убивал, – отчаянно замотал головой Гремлев. – Я даже не знаю, о ком вы говорите.
– Ответ неверный. – Я угрожающе двинулась на Валентина. Он решил, что я снова блефую, поэтому мне пришлось отвесить ему звонкую оплеуху.
– За что? – простонал он, прижав руку к покрасневшей щеке.
– За всех женщин, которых ты обобрал, и за детей, которых ты бросил.
Гремлев не стал оспаривать, что за ним водятся такие грехи. Я повторила свой вопрос, несколько расширив его:
– Что вы делали в Поликарповке и за что убили Анну Плотникову?
– Так вот вы про кого. – Валентин наигранно вздохнул. – Да, я действительно был немного знаком с Аней, но не знал, что она Плотникова. Это младшая сестра моей невесты. Судьба случайно свела меня с ней, и я решил воспользоваться этим обстоятельством, чтобы помирить сестер. Знаете, мне даже это удалось, они стали перезваниваться, решать какие-то семейные вопросы. Представляете, Аня и Люда объединились в своем желании продать дачу! А в Поликарповку я поехал, чтобы подстраховать Людмилу. Ей ведь предстояло возвращаться в город с внушительной денежной суммой. Но сделка не состоялась. Когда я уехал оттуда, Аня была жива, это только потом я узнал от Люды, что ее убили на даче.
В какой-то момент мне даже показалось, что Гремлев не врет, и только когда он замолчал, я увидела в его глазах застывший вопрос: «Ты поверила? Я ведь так старался быть правдоподобным!»
– Что вы обсуждали с Анной в магазине «Фауна» и зачем она на самом деле назначила Людмиле встречу на даче в Поликарповке?
– Да, я действительно познакомился с Аней в зоомагазине, но без какого-то умысла, совершенно случайно. Я хотел купить своей невесте аквариумных рыбок в подарок, разговорился с продавщицей, и оказалось, что это ее младшая сестра.
– А как же птичка для племянника?
– Какая птичка? – удивился Валентин, и я поняла, что это была ложь Анны, а не Гремлева. Зато я теперь знала наверняка, какая мимика бывает на его лице при искреннем удивлении. Он прищуривал глаза и немного выпячивал вперед нижнюю губу.
– Ладно, продолжайте! Я хочу знать обо всем, что вас связывало с Анной. И предупреждаю, врать не надо, иначе мне придется пристегнуть вас наручниками к батарее. – Я продемонстрировала наличие в моей сумке этого «аксессуара». – Утюг, я думаю, в этом доме найдется…
– Вы не посмеете! – возмутился Гремлев с легкой вопросительной интонацией.
– Вы же посмели столкнуть меня в котлован с ржавыми трубами. Так почему я должна себя ограничивать в методах ведения допроса? Пока у вас есть выбор. Либо вы рассказываете, как все было, либо тоже рассказываете, но после неприятных и, я бы даже сказала, болезненных процедур. – Угрожая Валентину, я на время выключила диктофон.
Поскольку он совершенно не переносил физическую боль, то ему больше приглянулся первый вариант.
– Хорошо, я все расскажу. Людмила, моя невеста, рассказала мне про свою младшую сестру Аню. Еще будучи студенткой-заочницей зооветеринарного института она работала не только в магазине «Фауна», но и оказывала секс-услуги. Неожиданно она собралась выйти замуж за человека, которого мало знала. Анна, вероятно, думала, что замужество позволит ей прервать свои порочные связи, но сутенер не хотел отпускать ее и потребовал откуп. И Анна заплатила его. Она ограбила родного отца, угнав его дорогой автомобиль, и тот даже не догадался об этом. Анна продолжала оставаться его любимой дочерью, не то что Людмила. Моя будущая невеста всегда была изгоем в родной семье, а ее младшая сестра – всеобщей любимицей.
– Ближе к делу! – потребовала я.
– Так я по делу и говорю. – Гремлев сменил позу, закинув ногу на ногу. – Я сделал Люде предложение, она согласилась, но предупредила, что отец будет категорически против нашего брака. Я подумал, что это несправедливо. Анин будущий муж тоже не нравился родителям, но они не препятствовали их свадьбе. А чем я хуже него? Я решил, что должна восторжествовать справедливость, что Анне придется за все ответить. Либо рублем, либо своей репутацией. Я пришел в магазин и сказал Людиной сестре, что знаю о ней абсолютно все. Если она не хочет, чтобы я ввел в курс дела ее отца насчет так называемых эскорт-услуг и угона «Лексуса», то она должна заплатить мне за молчание.
