Я молча кивнул и накинул капюшон на голову. Будем как два собрата — пугать случайных, и не очень, лесных прохожих. Благо, в этом мире не встречаются лесные хозяева, а их дикие сородичи — лешие — редкость, и дойти мы должны без особых проблем.
Чародей шел молча, наверное, отходя от заклинания. Я тоже не спешил заводить разговор, наслаждаясь приятным ветром и запахом деревьев, мха и странных кустов с душистыми голубоватыми плодами.
Мы спустились по неожиданно крутому склону, перебираясь через торчащие корни, к маленькому озерцу. Деревья на его противоположном берегу оказались очень грубо вырублены — даже отсюда видны косые пеньки. Я поднял руку в кулаке и замер. Дарен напряженно завертел головой и кивнул на странный проем, укрытый парой еловых веток.
— Контрабандисты? — на всякий случай шепотом предположил я.
— Пустота. — чародей перестал дышать. Спустя несколько секунд, он рукавом нарисовал три круга, свел руки вместе, и в воздухе появились три больших, под два метра, вертикальных печати из кучи линий яркого зелено-голубого цвета. Из каждой вышло по скелету, со сверхъестественным зеленым отблеском в глазницах белых черепов. Вооружены они были старыми мечами и щитами, где отсутствовала то одна, то две доски.
Я и сам постепенно начал чувствовать странность этого места. Основной, и без того скудный и неразвитый источник магии сжался еще больше.
— Ука-ука! — раздался примитивный клич, и из проема, а также из воды выбежало семеро существ. Высокие серые гуманоиды, пригнувшиеся к земле. Изрисованные то ли сажей, то ли углем, с роговыми наростами на головах и в подобии накидки из чьей-то шкуры. И у каждого в руках по копью.
Я стремительно сбросил рюкзак с плеч, а также скинул ножны, доставая меч. Они будут лишь мешаться. Пальцы левой руки машинально начертили руну, отдаленно похожую на два переплетенных ромба — Линваз. Она на секунду-другую появилась в воздухе, чтобы распасться бело-серебристыми искрами и растечься по телу.
Дарен уже успел обратить двух тварей в пепел броском завораживающей красно-фиолетовой молнии. Он последовал моему примеру и окружил себя шарообразной полупрозрачной пленкой бирюзового и зеленого цветов. Двое скелетов, тем временем, сражались с одним из монстров.
Я сжал кулак, ощутив привычный бодрящий мистический холод, и перенесся ближе к озеру, чтобы зарубить ту пару, что вышла из него. Так сказать, обезопасить тылы.
— Интересно, сколько времени вы там просидели? — едко спросил я, не надеясь на ответ. Меч с неприятным чавком вонзился в шею правому, и я потянул его на себя, немного расширяя рану, вместе с этим немного неуклюже парируя укол копья. Тварь закукарекала свою единственную фразу. — Так вы совсем дикие?
Наконечник копья, который теперь удалось разглядеть ближе, оказался каменным, примотанным к древку вытянутой, полукруглой, сухой травой. На нем были нарисованы какие-то символы.
Мысленно начертив огненную руну кейназ, я телепортировался ближе к магу, не глядя на то, как бело-серебристое пламя пожирает морду гуманоида. Его крики боли: «ука-а!», были весьма красноречивы.
Двое скелетов оказались уничтожены — их останки медленно сгорали в зеленом огне, сильно коптя черным дымом с запахом земли. Хотя мертвецов с другой стороны тоже прибавилось — двое убитых и один корчащийся на земле с клинком в теле.
Один из серых дикарей крайне ловко увернулся от очередного заклинания Дарена и, невзирая на укол в живот от охраняющего мага призванного солдата, бросил свое копье, которое пробило защитную пленку чародея, и неожиданно звонко ударилось о латный нагрудник.
Черный маг, взревев, силой воли взорвал его голову шаром кровавых брызг. На него, к слову, ничего не попало. Удобно, однако!
Я был уже возле последней далекой твари — горящий дикарь также умер от ярости чародея. Продолжив удерживать рвущуюся силу, я замедлил окружающее пространство. чтобы ловкий гуманоид не смог сбежать от смерти. Перехватив рукоять меча двумя руками, нанес удар точно меж позвонками. Серая голова, с открытым зубастым ртом и темными линиями сажи, покатилась по траве, а тело принялось медленно оседать, хватая руками воздух.
Я присел и принялся очищать меч о накидку только что убитого гуманоида от какой-то густой жидкости. Она, по всей видимости, заменяла этим существам кровь. Над поляной завис тошнотворный запах горелого мяса и смерти.
— Бесполезен! — Дарен, обругав, развеял последнего скелета и нагнулся, чтобы осмотреть копье, а после в сердцах сказал: — Пусть будут прокляты создатели этого оружия!
— Ты про копье или про письменность на нем? — тонко улыбнувшись, спросил я, придирчиво осматривая клинок. Надеюсь, их кровь не токсична. — Если претензии к копью, как к оружию, то могу огорчить — это простейшее оружие охоты и все народы начинали с него. Я, может, ошибаюсь, но ты не выглядишь так, будто можешь проклясть почти все народы всех миров.
— Именно, что про символы... — он размахнулся и выкинул его недалеко в воду. Чародей поправил мантию, пряча доспехи. — Кстати, хорошая концентрация для мага — и меч, и заклинания и телепорты.
