В буром смоге Джилкрист все еще мог различить людей и даже узнать кого-то из них, но его, несомненно, отнесло дальше всех остальных. Догорающие остатки корабля еще вздымались высоко над темными бесцветными волнами и бросали длинные плещущиеся тени. Все, что окружало Джилкриста, было беспросветно черным, ржаво-медным и просто слепящим. Быть может, так его ушибленный разум воспринимал закатные краски, или они и вправду были такими же грязными в этом густом смоге, как казалось доктору.
Обнаружив, что он в воде, Джилкрист начал тонуть и пытаться плыть, но руки и ноги плохо слушались. По лицу текло что-то намного более горячее, чем соленая вода Северного моря. Волны, бросающие его то вниз, то вверх на пару футов только усиливали его дезориентацию и сильнейшее головокружение. Ухватившись за обугленный обломок древесины, Джилкрист оглянулся в поисках жены. И вдруг он, наконец, понял, что Аделины рядом нет.
Он стал звать ее, вторя другим отчаянным голосам, зовущим своих близких, но Аделина не откликалась как бы долго и громко он ни кричал. И чем дольше он ее звал, тем сильнее чувствовал невыносимый страх, омертвляющий его изнутри.
Он не помнил, что разлучило его и Аделину, и где она была в последний раз, когда он ее видел. Не помнил даже, как оказался в воде. Не просто не помнил, он словно бы на какое-то время потерял способность вспоминать. И единственное, что ему оставалось сделать, это найти свою жену, где бы она ни была. Поэтому он все звал и звал ее. Звал даже тогда, когда другие голоса, совсем отчаявшись или устав, перестали выкрикивать незнакомые ему имена.
Поняв, что голос его срывается, становится слабым и тихим, Джилкрист тоже на время замолк, решив поберечь силы. Замолк и ощутил сильнейшее отчаянье, как если бы его молчание означало, что он сдался. Глаза обожгло болью сдерживаемых слез. Джилкрист быстро совладал со своими чувствами и теперь выискивал направление, в котором ему нужно было плыть. Вопреки убеждению ученого в силе рациональности, он положился не на разум, а на свои инстинкты, веря, что они помогут ему найти Аделину и спастись.
Преодолевая волны, подплывая от одних обломков к другим, он высматривал свою жену среди людей в воде и на удаляющихся шлюпках. Периодически сознание его подводило, вокруг Джилкриста сгущалась темнота и забвение. Он отчаянно боролся с последствиями травмы, но нездоровая слабость была сильнее его. Вскоре он начал понимать, что вновь может окончательно потерять сознание, вследствие чего рискует утонуть прежде, чем найдет жену.
Когда в очередной раз доктор Мидуорт обнаружил себя подплывшим к обломкам рангоута, его внимание привлекло движение справа: в клубах дыма, в опасной близости от тонущего корабля вопреки направлению остальных шлюпок, одна шлюпка плыла обратно к месту катастрофы. Двое мужчин в ней стояли. Остальные сидели. Подвергая опасности себя и остальных, эти двое высматривали кого-то в воде и поочередно вели горячные споры с перепуганным матросом, сидящим за веслами.
Следующее, что помнил Джилкрист – лицо Хитклифа, свесившегося через борт шлюпки в нескольких ярдах от него, чтобы достать кого-то из воды. Джилкрист отпустил обломок, соскользнул в воду, на мгновение погрузившись по самую макушку и стал грести к шлюпке.
А когда увидел мокрое платье Аделины, приподнятой из воды Хитклифом, Джилкрист задохнулся от радости и волнения. Он крикнул что-то и стал плыть быстрее. Его непослушные конечности бессильно били по воде, медленно приближая его к далекой шлюпке. Но там что-то было не так.
Хитклиф не спешил доставать Аделину из воды. В шлюпке началась какая-то суета. Второй человек нагнулся к Аделине, протянул руку, чтобы попробовать пульс и что-то сказал Хитклифу, но Хитклиф протестующе закачал головой и отпустил Аделину. Ее белая рука выскользнула из его рук. Жена доктора Мидуорта послушно и беззвучно опустилась в воду и скрылась из виду.
– НЕТ! Что ты делаешь?! – закричал Джилкрист, бросившись вплавь к шлюпке. – Хитклиф!
Начавшие спор теперь друг с другом Хитклиф и второй человек оставались стоять, а матрос принялся спешно отгребать назад, подальше от тонущего судна, когда они все услышали голос Джилкриста. Люди стали оборачиваться, шарить бездумными тревожными глазами по пестрой усеянной обломками и телами поверхности волн.
– Проклятье! Вернись за нами, Хитклиф! – кричал Джилкрист.
Ему показалось, что Хитклиф тщательно скрыл от остальных, что он единственный заметил окровавленную голову барахтающегося в воде доктора. Люди вновь стали спорить с матросом, призывать его развернуть шлюпку, а Хитклиф так и стоял, глядя то на удаляющуюся Аделину, то куда-то в морские дали, прислушиваясь к отчаянным крикам Джилкриста. Стоявший рядом мужчина схватил Хитклифа за руку, затем кивнул в сторону тонущего корабля. Они вместе сели и больше никого не высматривали в воде.
Постепенно люди в шлюпке смирились с тем, что позади еще остались живые люди. Пусть хотя бы только двое, Джилкрист и Аделина, но они позволили себе закрыть на это глаза, и суета вместе со спорами постепенно стихли.
