Лис оторвался от чашки и обиженно надулся.
– Лис рисует то, что видит! Всегда. И Король Змей – друг Лиса. И Мышкокошка тоже, и Крылатый Страж. И Звездную Птицу он видел, когда жил с мамой на небе. Ты не веришь Лису?
– Верю-верю, – торопливо поднял руки Кит, наплевав на то, что о нем подумают другие. – Прости. Я просто сам-то его никогда не видел. Короля Змей. Вот и не сразу поверил.
– Хорошие у тебя друзья. – Пакость все никак не мог налюбоваться на свой подарок. – А Лис ни на чем не сидит?
Художник одарил его взглядом, полным абсолютного непонимания, и внимательно осмотрел себя.
– Лис ни на чем не сидит. Лис на корточках сидит.
Пакость со смехом потрепал его по волосам.
– Ох дурашка. Ладно, ладно, это я так… Спасибо за Стража. Здоровский!
Немо, призраком проскользнувшая за его спину, внимательно всмотрелась в рисунок.
– Вот такого я видела во сне прошлой ночью. Только не одного. Помнишь, Лис?
– Помню, – мигом оттаял Лис, получив поддержку со стороны. – Это семья Стража. Хорошо, что ты с ними познакомилась! Лис много чего может про всех рассказать.
– А расскажи, – отозвалась молчавшая до этого Спящая и за руку увела его на сдвинутые кровати, размещаться с комфортом. – Думаю, никто не будет против послушать о твоих друзьях.
Ее страх, Кит отлично видел это, снова креп, и она вцеп лялась в руку рыжего, как и Немо, желая погрузиться в его выдуманный мир и не бояться. Правда, ее сила никак не была на это рассчитана.
– Правда-правда будете слушать? И не будете говорить, что Лис странный? – не веря, уточнил художник, переводя желтые глаза с одного на другого. – Правда-правда не будете?
– Будем-будем слушать. – Кит подхватил свою синюю чашку с чаем и устроился поближе к ним.
Никто не был против. Даже Пакость. Да и разве можно было Лису отказать?
Это было самое настоящее безумное чаепитие, в лучших традициях подобных тусовок. Как сказала Немо, и Кит был с ней полностью согласен: «Шляпнику и не снилось». Они сидели на сдвинутых кроватях, навалив туда подушек, пили чай и слушали волшебные сказки, герои которых жили только на рисунках Лиса и в его голове. Лис рассказывал и рассказывал с таким жаром, что на короткий миг можно было даже поверить, что там, в ночном небе, и правда сидит в своем гнезде Звездная Птица, которая не ест ничего, кроме лунной пыли, а если летом в зной зайти в высокую траву, присесть на корточки и прошептать вопрос, то, может быть, ночью к твоей постели приблизится сам Король Змей и даст тебе на него ответ.
Они сначала посмеивались, переглядывались, но потом бодрый рассказ Лиса так увлек, что слушали его молча, иногда задавая вопросы, и перед глазами оживали описанные картины. И Страна Воздушных Шариков, и дворец Короля Змей, и дом солнечных зайчиков, и многое другое. Лис не просто видел все иначе, он смотрел на мир как ребенок, который еще не растерял способность видеть чудеса в простых вещах. По крайней мере, Кит объяснял себе это так. А еще ему казалось, что у всех этих сказок горький привкус одиночества. И мед не мог его заглушить.
Чай в чашках остывал и заваривался по новой, и он, терпкий и горячий, вместе с золотистым медом и наивными сказками разгонял тоску и тревогу, скопившиеся в душах, развеивал страх и грусть. Когда Лис совсем охрип и устало рухнул на подушку, вытягивая ноги, мир за окном давно утонул в темноте. Часы в уголке экрана ноутбука показывали три часа ночи. Разумеется, никто никуда не ушел. Сонные и разомлевшие, все расходились по кроватям вяло и молча.
– Кто смелый – тот и выключает свет, – сообщила Спящая, ныряя под одеяло первая и укрывая улегшегося рядом Лиса.
Мальчишка казался совсем уж умотанным, как будто стометровку бегал, а не сказки рассказывал, зато умиротворение и спокойствие, поселившиеся в душах после рассказов Лиса, не проходили.
Кит и Пакость, не сговариваясь, придвинули свои кровати ближе к тем, где обустроились Спящая, Немо и Лис, поставив их почти перпендикулярно сдвинутым, и только потом Кит погасил свет. Он заснул, как только голова его коснулась подушки, и не просыпался до тех пор, пока ласковые солнечные лучи не ворвались в спальню, возвещая о наступлении нового дня. Никаких стуков в эту ночь он так и не услышал. Был только какой-то странный сон о змее в короне, которая свернулась клубочком у его кровати, но он почти забылся, стоило открыть глаза.
– Давайте колитесь, что кому снилось, – ухмыльнулся Пакость, по-братски деля запеканку из яиц и макарон, которой он нажарил две сковородки. – Я точно знаю, что всем что-то снилось.
– Интересно откуда? – сощурился Кит.
– А знаю, и все. Просто чую.
