Как всегда место выбрала Хельга, знавшая этот маршрут не понаслышке. Находилось оно минутах в десяти, ходьбы от тракта. Среди невысоких холмов, в обрывистой округлой яме глубиной с мой рост, а то, пожалуй, и больше. И с диаметром примерно пятнадцать на пятнадцать ярдов. Дно укромной впадины, поросшее мягкой, пушистой травой, сулило роскошный, как для неизбалованных странников, отдых. Но всё это мы рассмотрели, когда уже развели костёр, надёжно укрытый от посторонних глаз. Благо в ближайших окрестностях оказалось полным полно сухостоя, и приготовить мясо огромного змея, было на чём. Заниматься сим деликатным процессом взялась собственноручно Хельга. А принц, выказавший себя искусным поваром по части рыбы, стоя неподалёку, только наблюдал за её действиями с откровенно недоверчивой миной. Чародейка же, не обращая на него совершенно никакого внимания, с деловитой ловкостью разделала белую нежную плоть, очищенную от шкуры, на примерно одинаковые кусочки. Затем, нанизала те, на взятые нами с собой, давешние шампура из ветвей железного дерева. Но не успела она их установить над пышущей жаром золой от прогоревших дров, как перед ней возникла где-то запропавшая дриада, с целой пригоршней чего-то круглого, отсвечивающего тёмно-красной кожурой.
— Это дикий лук, — больше для Хельги, чем для нас, пояснила она. — С ним, наверное, будет гораздо вкуснее?
— Да без сомнений, — пробормотала чародейка, окидывая дриаду неожиданно одобрительным взглядом. — Но… Честно говоря, маловато его.
— Пошли, принесём ещё, — предложила дриада, — это неподалёку.
Чародейка согласно кивнула головой и обе словно тени, растворились в темноте.
Вернулись они очень быстро. И уже вместе, дружно очистили добытые овощи от шелухи, порезали на кружочки и все пятнадцать шампуров переделали по иному: чередуя лук с мясом.
Нда-а… Вот ведь редкая идиллия…
К моему удивлению на приготовление сего редкого блюда ушло совсем не много времени. И вот перед каждым из нас, на вымытых в ручье широких листах лопуха, лежат по три ветви железного древа, длиной чуть более полуярда, унизанные жёлтыми колечками лука и аппетитными на вид белыми ломтиками, истекающими прозрачным жиром.
Первой, свою стряпню отведала Хельга. И так как её лицо осветилось гримаской удовлетворения, то вся остальная, выжидающе замершая компания, синхронно потянулась за угощением.
Прожевав пару кусочков, я пришёл к выводу, что мясо по вкусу сильно напоминает куриное, но вместе с тем, оно было гораздо нежнее и буквально таяло во рту. Судя по чрезвычайно довольным лицам товарищей, им кушанье из плоти змея, понравилось тоже. Особенно принцу, челюсти которого работали словно неутомимые мельничные жернова. Споро очистив первый шампур, он даже попенял на недостаточное количество приготовленной еды. На что чародейка, с многозначительной усмешкой, предложила ему сначала осилить три порции, а уже потом, вернуться к данной теме. И действительно, вкушаемый нами деликатес оказался весьма и весьма сытным. Лично мне с эльфом с лихвой хватило по два шампура, девушки едва приговорили по одному, а вот принц, слопал всю свою долю подчистую. Впрочем, даже он последние кусочки дожёвывал явно через силу, поэтому просьбы о добавке, мы так и не услышали.
— А что будешь завтракать, Высочество? Может лопухи, сохранившие едва уловимый аромат жареного мясца? Конечно, надо признать, это так себе салатик… Но, как говорят в простонародье — на безрыбье и маленький ёршик рыба, — уже после трапезы, с ленцой потянувшись, не преминула подначить его чародейка.
— Госпожа, попрошу тебя… Не шутить столь злобным, бессердечным образом… — прежде чем задохнуться от праведного негодования, негодующе просипел принц, и мешком осел на небольшой, плоский валун.
На что чародейка совершенно безжалостно отрезала:
— Я тебя вовсе не развожу. Я — преподаю тебе, Высочеству, урок заботы о самом себе. Вот получишь его и в следующий раз поневоле подумаешь о завтрашнем дне.
Вся эта «крамола», высказанная Хельгой, была для чревоугодника принца, сродни подлому удару ниже пояса. Он опять что-то попытался сказать, однако, исторгаемые им слабо мычащие звуки, мало походили на связную, сколько ни будь понятную речь.
И тут в суровый воспитательный процесс особы царских кровей, призванный научить оную элементарным азам бережливости, нагло вторглась Талиналь. Медовым голоском она пообещала принцу, отдать утром полтора из двух оставшихся у неё шампуров, чем сразу вернула несчастного, в прежнее отличное расположение духа.
Чародейка отреагировала на её вмешательство довольно раздражённым фырканьем. К превеликому счастью, дальше этого, дело не пошло.
