Но тут случилось нечто странное. Сперва за дверью послышались чьи-то шаги, а затем заиграла музыкальная шкатулка.
Вырвавшись из объятий, Грегори бросился к двери и распахнул ее. Шкатулка стояла открытой у порога. Миниатюрная пара кружилась в заученном танце.
Ида вся похолодела от страха.
«Что за жестокая шутка?! Кто мог принести шкатулку сюда?! Неужели кто-то пытается расстроить наш союз?!» — промелькнуло у нее в голове.
— Уже поздно, Ида… Я должен идти, — сказал Грегори упавшим голосом.
— Нет! — Она кинулась к нему, схватив за запястье. — Нет, пожалуйста, не уходи! Мне страшно, Грегори! Не оставляй меня одну!
Как будто не в силах выносить ее умоляющий взгляд, муж посмотрел куда-то в сторону.
— Тот, кто принес шкатулку, заходил в комнату Аликс… — с трудом проговорил он. — Я должен выяснить, кто ослушался моего приказа…
— Неужели это никак не может подождать?.. Прошу, останься! Или возьми меня с собой!
Грегори угрюмо выслушал ее мольбы и увещевания, но все-таки ушел один, сказав на прощание:
— Ты должна остаться здесь, Ида. Покуда ты в этих стенах, а на твоем пальце железное кольцо, тебе нечего бояться.
За окном бушевала гроза. Расстроенная Ида сидела на кровати и тревожно прислушивалась к каждому звуку. Ей казалось, что она слышит, как муж бродит по первому этажу.
Происходящее Иде решительно не нравилось. Она чувствовала какую-то неведомую угрозу… И вдруг подумала, что Грегори все это время будто пытался защитить ее от чего-то. Иначе как объяснить его подарок и неясные речи? Ведь для джентльмена его положения довольно необычно носить украшения из железа, как и дарить их супруге. Значит, в этом был какой-то особый смысл.
Внезапно ей вспомнились слова незнакомки, встреченной в склепе: «А много ли о нем знаете вы?! Если не верите мне, так сами проследите, куда он пойдет этой ночью!» А что, если эта особа как-то связана с Грегори? Отвергнутая поклонница или любовница?.. Это бы объяснило ее попытки отвратить Иду от мужа… Ида не знала, что и думать. Тревога, охватившая ее, все усиливалась. Ида решила, что обязана во всем разобраться.
Вскочив с кровати, Ида накинула шаль на плечи и пошла искать мужа. Спустившись на первый этаж, она услышала, как скрипнула входная дверь. Ида нахмурилась. Кому понадобилось выходить в такую непогоду? Неужели Грегори?
Выскользнув из дома, Ида поежилась. На улице совсем стемнело. Бушевала гроза. Впереди мелькал слабый огонек фонаря. Небо озарилось вспышкой молнии, и Ида разглядела силуэт путника, который быстро отдалялся от дома. Она была почти уверена, что это Грегори, поэтому поспешила следом.
Легкое домашнее платье и мягкие тканевые туфельки мгновенно промокли, но Ида старалась не обращать на это внимания. С увлеченностью мотылька она следила за подрагивавшим огоньком, боясь потерять его из виду и остаться одной в холодном мраке ненастной ночи.
Когда огонек привел Иду к кладбищу, ее всю объял какой-то лютый суеверный ужас. Путник подошел к дверям старой капеллы и исчез за ними вместе с огоньком.
Дрожа от холода, страха и нетерпения, Ида немножко выждала, а затем заглянула в капеллу. Внутри было пустынно. Кто бы ни зашел сюда несколькими мгновениями ранее, он словно растворился в воздухе.
Озираясь, Ида вошла в капеллу. Некоторое время она растерянно слонялась по пустому пыльному залу, пока в очередной раз сверкнувшая молния не осветила малозаметную, чуть приоткрытую дверцу. За ней чернел тесный проход, резко уходивший вниз. Зачем-то задержав дыхание, Ида с опаской спустилась по крутой лестнице и очутилась в крипте. Здесь пахло ладаном и затхлостью, совсем как в ее кошмарах.
Впереди послышались голоса. Вздрогнув, Ида затаилась в темноте глубокой ниши и прислушалась. Один из голосов принадлежал Грегори, а другой… незнакомке из склепа! И хоть говорили они негромко, беседа была напряженной.
— Так не может больше продолжаться! — в отчаянии воскликнул Грегори. — Тебе пора идти дальше! Я должен был отпустить тебя еще давным-давно… Сразу, как над твоей головой закрылась крышка гроба…
— Должен был, но не отпустил! — с укором отвечала незнакомка. — Не ты ли перенес меня сюда из семейного склепа? Не ты ли часами сидел возле моего безжизненного тела, умоляя не покидать тебя? Ради тебя я осталась! И теперь томлюсь на границе. Не живая и не мертвая. Ты хоть представляешь, каково это?! И вместо благодарности ты смеешь отмахиваться от меня и проводить время с этой девчонкой?!
— Прошу, не впутывай сюда Иду и не смей говорить о ней так. Она моя жена и занимает то же положение, что в свое время занимала ты, пока была жива…
— О, в таком случае наше с ней положение легко уравнять, — холодно усмехнулась девушка, — ведь жизнь так хрупка и быстротечна и порой обрывается внезапно и преждевременно. Сомневаюсь, что твоя нынешняя игрушка протянет много дольше, чем эта бесстыжая курица Корделия!
— Значит, это все-таки ты… — горестно пробормотал Грегори. — Ты ее погубила… Что с тобой стало, Аликс?.. Ведь ты клялась, что не имеешь к этому отношения…
— Ты тоже много в чем клялся… Например, в том, что мы всегда будем вместе.
