Я в очередной раз всмотрелась в нить Несьена. Во дворце, где тайны приходилось прятать особенно тщательно, нити в сумке не утаишь. Сплетни, слухи, домыслы… и кто-нибудь обязательно поймет, что именно означает шелковая паутина в комнате особы, опасно близкой к принцу. Повезет, если во мне опознают Судьбу, а не решат, что я пробиваюсь в фаворитки путем особенно темной магии. Так что паучиха сплела для меня пудреницу, а нити теперь надлежало запихивать внутрь пуховки. Я скривилась. От прикосновения к ним на руках теперь оставалась пудра. Фь.
Силгианка в судьбе Несьена пока не оставляла никакого отпечатка. Ни чувств, ни общих детей, ни общих моментов, которые должны запомниться. Хоть кому-то. Ничего. Не то чтобы я многого ожидала от договорного брака, но тут вовсе непохоже, что он состоится.
И принца в любом случае ждала смерть.
Вечность, как я устала!
…А к утру весь дворец, да что там, вся столица жужжала о том, что у принца впервые появилась фаворитка – Камилия Роузенвуд.
Основное правило вышедших в мир Судеб – оставаться как можно более незаметной – оказалось нарушено. Я уже нарычала по этому поводу на собственное отражение в зеркале, а толку!
Высший свет клокотал, словно огромный доведенный до кипения котел. Одни негодовали и громко осуждали. Как же, стоило отцу слечь, как наследник пустился во все тяжкие. Прямо накануне приезда невесты! Надо заметить, морализаторством в основном занимались пожилые леди, притом некоторые из них весьма удобно забывали про собственную нескучную молодость. Другие же высказывали осторожные надежды: мол, где одна фаворитка, там и череда других. Надо лишь подождать, когда наглая выскочка освободит место. Согласно их версии, это должно было случиться достаточно скоро. И тогда останется решить, кого подсунуть принцу следующим. Большинство же наслаждались разворачивающимся спектаклем и придумывали все новые сплетни.
Ненавижу высшее общество.
И всю эту крысиную возню!
Тошно.
Немного успокоившись, я попросила паучиху сплести отдельную нить принцессы и увлеклась разглядыванием ее. Единственным недостатком Иссины Сондар, пожалуй, было то, что она на три года старше будущего мужа. То есть в глазах столичного общества это могло превратиться в недостаток. Меня же подобные мелочи не волновали. Принцесса вела спокойную, даже затворническую жизнь, потому что ее брат до недавнего времени не мог выбрать наиболее подходящего жениха.
Выбрал. И в настоящий момент сундуки с вещами невесты грузили на корабль.
Сама она относилась к будущему с осторожностью. Ей нравилось, что за соседским принцем закрепилась слава доброго и благородного человека. С собственной судьбой стать разменной монетой она давно смирилась. Но на всякий случай немного побаивалась грядущего.
Оно, к слову, было покрыто дымкой… не то неопределенности, не то тяжелых времен или еще несделанных выборов. Но я ясно видела одно: возвращение в Силгиан через несколько месяцев.
Свадьба не состоится.
Часть меня попыталась обрадоваться этому. Разум же понимал, что, если принц умрет, свадьба никак не сможет состояться.
Я закрыла лицо руками и обреченно застонала.
В этот самый момент в дверь постучали.
– Тебе потребуется камеристка, – сообщил Несьен вместо приветствия.
– Я не задержусь здесь достаточно долго. – Я тоже сказала совсем не то, что хотела бы.
Повисла неловкая пауза.
Оставалось тихо радоваться, что сегодня паучиха, замученная другими поручениями, не стала баловать меня новым платьем. И я сама выбрала одно из самых неброских. Вряд ли теперь получится слиться с обстановкой, однако попытаться стоит. Несьен в бежевых штанах, шелковой рубашке того же цвета и в высоких сапогах тоже выглядел просто и расслабленно. Разве что более сильный чем обычно запах парфюма выдавал, что недавно он исполнял какие-то королевские обязанности.
– Кхм. – Принц попытался замаскировать неловкость кашлем. – На самом деле я зашел, чтобы пригласить тебя прогуляться. Только обувь нужна удобная и закрытая.
– Ты же в курсе, что о нас говорят? – спросила опасливо.
А то, может, до меня сплетни дошли, а до него – еще нет?
– Оттого, что мы начнем шарахаться друг от друга, болтать меньше не станут, – поведал мне привычный к местным повадкам Несьен. – Так что идем, я обещал сводить тебя к побережью.
Сердце трепетно задрожало. Я должна была отказаться, но…
Хотелось надеяться, он знает, что делает. Хотя я чувствовала, что Несьен продвигается на ощупь в темноте еще больше, чем я сама.
Благодаря паучихе в гардеробной скопилось некоторое количество вещей. Глубокие туфли, в которых я путешествовала, вполне годились для прогулки по побережью. Несьен такой выбор одобрил кивком.
Надежда, что мы поедем только вдвоем, истлела искоркой, стоило выйти из дворца. Экипаж и четыре всадника сопровождения.
Что ж, Несьен – наследник престола и у него есть обязательства. Правильно, что он проявляет осторожность.
– Прости меня, – попросила тихо, когда мы оба оказались в полумраке, скрытые от посторонних глаз и ушей.
Качнувшийся экипаж, наверное, означал, что мы тронулись.
Принц удивленно шевельнул бровями.
– За что?
