– С виду жидкий пролесок, а блуждали, как в темном лесу, – подал голос кто-то из наших сопровождающих.
– Ваше высочество!
– Мы в порядке, – тут же отозвался Несьен.
Я же поняла, что нас опять видят в двусмысленном положении. Главной темой для обсуждений, несомненно, станет столкновение двух принцев, но мне от славы первой фаворитки Несьена уже не отмыться.
Ночь выдалась неспокойной. Точнее, сперва вокруг принца устроили переполох, потом пришлось дать хоть какие-то объяснения подоспевшим служителям порядка, потом нас под усиленной охраной сопроводили до дворца, где Несьену сразу же пришлось присоединиться к срочному совету, а меня окружили стервятники. Свет жаждал заполучить свежую сплетню и хорошенько со всех сторон ее обсосать.
Один из распорядителей увел меня и помог добраться до покоев, так что я оказалась спасена. И потом еще долго отмокала под горячей водой, силясь прогнать дрожь из тела. Та, что от холода, прошла легче, а вот та, которая была вызвана страхом, вгрызлась в саму мою суть и никак не отпускала.
Ложилась я уже затемно.
Проснулась резко, будто вынырнула из глубины… тоже затемно. Было как-то не так. Неспокойно. Потребность куда-то пойти нарастала.
Кто я такая, чтобы сопротивляться?
Простое домашнее платье натянула прямо поверх тонкой сорочки, сунула ноги в мягкие туфли и выскользнула за дверь.
Дворец не спал. Суетились люди, прислуга носилась с поручениями, местные обитатели что-то обсуждали, я даже двух взволнованных министров видела. Ощущение неладного вгрызлось в душу рядом с той дрожью, которая так и не ушла, лишь затихла на время.
– Что происходит? – Я перехватила распорядителя со знакомым лицом.
Знать, даже титулованная и имеющая собственные покои во дворце, не имела права требовать от него ответов. Они бы скорее отправили кого-то из своих слуг, и тот бы все разведал и доложил. Мне же сыграла на руку двусмысленность моего положения здесь.
– Королю совсем плохо, у него начался бред, – поведали мне, понизив голос. – Советники боятся, что он сходит с ума.
– Его высочество с отцом?
– Нет, я видел, как он поднялся на верхнюю открытую галерею. Он часто поднимается туда.
Поблагодарив служащего дворца благосклонным кивком, я отправилась на поиски Несьена.
Ко мне все время был прикован чей-нибудь взгляд, поэтому «веди» паучихе пришлось шептать про себя. К счастью, мы все еще понимали друг друга без слов. Интересно, у ведьм с их фамильярами тоже так? Я сотни раз наблюдала за ними, но то, как все выглядит снаружи, и то, как ощущается внутри, не всегда одно и то же.
В конце лестницы я ненадолго остановилась, чтобы выровнять дыхание. Уверена, в бреду старшего Жиольского по крайней мере десяток раз были упомянуты Судьбы. Так же как я уверена, что бабушка не имеет отношения к его внезапному безумию. Дэлл что-то сделал.
Несьен стоял, облокотившись на парапет, его волосы трепал ветер, а на губах играла какая-то странная улыбка. И он смотрел вниз, на сад. Будто наблюдал за кем-то.
– Не помешаю? – обозначила свое присутствие я.
– Тебе тоже не спится? – Принц отвлекся от созерцания темного сада и повернулся ко мне. – Всему виной здешняя атмосфера. Ты как ведьма, наверное, это чувствуешь? У меня с детства так. В любой другой резиденции сплю, а здесь то бессонница, то кошмары.
Я подошла и стала рядом с ним, тоже прислонившись к парапету.
– Это из-за того, что тут случилось. – Мне тоже не слишком нравился столичный дворец, но не до такой степени, чтобы страдать от этого. Однако меня и совесть не мучила, я всего лишь запомнила жуткую сказку. – Но тебя не было тогда здесь. Не ты ответственен за сделанное. Несьен, ты не должен терзаться.
Слабого освещения у выхода на открытую галерею хватило, чтобы различить протест, вспыхнувший в синих с прозеленью глазах. Однако Несьен не стал спорить.
– Спасибо, Камилия. Я очень ценю твою дружбу.
– Мне жаль, что твоему отцу стало хуже…
В моем понимании, что-то такое должен сказать настоящий друг. Пусть и не совсем искренне.
– А мне – нет, – твердо произнес Несьен. – И я рад, что вокруг меня появляется все больше людей, с которыми я могу быть честен.
Де Глисс, Леметр… а теперь и я.
Хотелось бы, чтобы и принцесса стала ему близка.
Прямо над нашими головами каркнула ворона, и я подпрыгнула от неожиданности. Фь… Не самые приятные птицы, и их здесь много. Будто это они – настоящие хозяева дворца, а люди внутри оказались по недоразумению.
Несьен снова вгляделся в темноту внизу, и на его губах появилась теплая улыбка.
– Сегодня они веселы. Играют в цветы.
– Кто? – не поняла я.
Повторяя за ним, я тоже смотрела вниз, но видела лишь ночь и немного сад. Кто весел? За кем он там наблюдает?
– Марлиса, Теона, Ориана, Хлои и тетя Эджена.
От его ответа я едва не свалилась с высоты. И Несьен, конечно, видел, какое произвел впечатление, потому что добавил твердо, подавляя малейшие мои сомнения:
– Да, Камилия, дворец заполнен призраками.
Я про себя застонала. И еще раз посмотрела, конечно. Как ведьма и как Судьба посмотрела.
Никого.
– Давно ты их видишь? – спросила чуть слышно.
