Цезарь был небольшого роста, но гибкий и сильный. Он бился и брыкался, как пойманная рыба. Все походило на старания остаться в седле на спине брыкающейся лошади. Майкл из последних сил еще крепче сжал руки. Цезарь начал ловить ртом воздух. Он впился длинными ногтями в сжимавшую его шею руку, Майкл не ослабил захват и продолжал сжимать руки.
Постепенно Цезарь стал сопротивляться все слабее. Майкл понял, что долго не продержится. Руки его почти ничего не чувствовали, а пальцы были готовы вот-вот разжаться.
Затем Цезарь снова выгнулся, стараясь сбросить Майкла. Ему это не удалось, он обмяк и замер. Майкл не хотел его убивать, поэтому сжимал его шею еще несколько мгновений, после чего разжал руки. Действовал он осторожно, боясь, что Цезарь притворяется бесчувственным. Но лежавший под ним пират не шевелился.
Майкл обессиленно скатился с него, хватая ртом воздух. Он посмотрел, горит ли свеча, но она упала в лужицу и погасла. Майкл стал возиться со связанными ногами, но пальцы ослабели и не слушались. На мгновение он замер, низко опустив голову.
Но вскинул ее при раздавшемся сверху звуке, и его охватило чувство глухого отчаяния, когда он увидел спустившегося на половину лестницы человека, в руке которого был пистолет со взведенным курком. Все было напрасно. Сейчас его убьют и все-таки подожгут дорожку из пороха. Майкл устало моргнул, и его охватило облегчение, когда он увидел, что на человеке британская военная форма.
– Что тут произошло? – резко спросил военный.
– Черная Борода приказал поджечь дорожку и взорвать корабль, если его убьют. Мне… – Майкл показал на Цезаря. – Мне удалось вовремя ему помешать. – Он заморгал и поглядел на стоявшего на лестнице человека. – А вы кто, сэр?
– Я лейтенант королевского флота Роберт Мейнард с поручением от губернатора Вирджинии захватить Черную Бороду.
– Выходит, это правда? Эдвард Тич мертв?
– Негодяя больше нет в живых, – мрачно ответил Мейнард. – Его голова висит под бушпритом моего корабля, а его оставшиеся в живых сообщники будут отправлены в Уильямсбург, где их повесят. Могу я узнать, как вас зовут, сэр?
– Меня зовут… – Майкл умолк и коротко усмехнулся. Он чуть было не назвался Танцором. – Я – Майкл Вернер.
– Майкл, мальчик мой! – воскликнул губернатор Спотсвуд. – Теперь вы больше похожи на себя! В последний раз, когда мы разговаривали, вы выглядели как натуральный злодей.
Вернувшись в Уильямсбург, Майкл, прежде чем испросить аудиенции у губернатора, сбрил бороду и купил себе более скромную одежду. Он усмехнулся.
– Как же хорошо, сэр, снова стать собой. От любого воспоминания о пиратстве меня тошнит. За два года я сделал и повидал столько всего…
– Уверен в этом, Майкл, уверен, – мрачно отозвался губернатор. – Но я искренне вам благодарен, и вся Вирджиния станет вас благодарить. Вы сослужили прекрасную службу, мой мальчик, прекрасную! Я смог уговорить собрание колонии выделить вам вознаграждение в двести фунтов как человеку, который обеспечил конец князя разбойников! Я прослежу, чтобы вы получили эту сумму.
Майкл устало взмахнул рукой.
– Это неважно, я не из-за этого взялся выполнять ваше задание. – Он заметил, что губернатор ведет себя как-то необычно и уклончиво. – Мой отец уже знает, что я воскрес из мертвых?
Губернатор Спотсвуд отвел глаза.
– Нет, Майкл.
Майкл встал.
– Тогда я немедленно отправляюсь в «Малверн» и сам ему об этом сообщу. С вашего разрешения, сэр.
– Майкл… – Надломленный голос губернатора заставил его замереть на месте. Майкл оглянулся с нарастающим предчувствием недоброго. – Майкл, вашего отца больше нет. Он умер. В прошлом году, незадолго до Рождества.
– Умер! Отец умер? – Пораженный Майкл опустился в стоявшее рядом кресло. Потом со злостью поглядел на губернатора: – Вы говорите, год назад? А почему мне не сообщили?
– Я мучительно над этим размышлял, но затем подумал: «А зачем?» Бог мне судья, но я решил, что так будет лучше всего. – Губернатор Спотсвуд наконец-то посмотрел на него. – Мне очень горько от того, что приходится сообщать вам это известие. Но я сам узнал о его кончине через две недели после того, как он умер и его похоронили!
– И он умер, по-прежнему думая, что я погиб в море, – гробовым голосом проговорил Майкл.
– Боюсь, что так.
Майкла охватила злоба, которая, казалось, задушит его, злоба на этого полного самомнения человека, настолько одержимого расправой с Тичем, что он скрыл известие о смерти отца от родного сына! Майкл интуитивно ощущал, что это и есть истинная причина. Губернатор боялся, что он вернется домой, узнав об этом. Майкл знал, что со стороны губернатора это отвратительный поступок и что он всегда будет его за это презирать.
– Тогда мне лучше отправиться в «Малверн», чтобы узнать, как там дела, – ровным голосом сказал Майкл и встал.
– И вот что еще, Майкл. За три месяца до своей кончины Малколм Вернер женился. Поговаривают, что это и стало причиной… – Губернатор умолк и стал откашливаться.
– Женился? – переспросил Майкл, стараясь осознать еще один ошеломляющий удар.
– Именно поэтому я не сообщал вам о его смерти. Я думал…
