Страсти по Чернобылю полностью

В детальном анализе ситуации с наукой в Беларуси, которую представил коллегам академик Мясникович, прозвучала одна оптимистическая информация. Он сказал:

«Сейчас появилось общественное понимание того, что для нашей страны, не имеющей большие природные и трудовые ресурсы, наиболее правильным, а скорее всего единственно возможным путем развития и даже выживания является создание национальной инновационной системы, ядром которой может стать отечественная наука».

Что греха таить, тогда в Киеве я не обратил особого внимания на эти слова. Показалось, что они слишком привычны: в каждой Академии говорилось о том, что она должна стать лидером в развитии общества. Однако эти призывы власть не слышала (или делала вид, что не слышит!). Потребуется еще немало лет, чтобы слова «инновации», «нанотехнологии», «использование достижений науки» и другие начали звучать с политических трибун всех государств, образовавшихся после распада СССР.

Надо отдать должное Беларуси – там впервые эти слова приобрели практический смысл. Они вернулись к нам с созданием искусственного спутника Земли, с началом проектирования и строительства мощной АЭС, с появлением новых технологий в информатике, машиностроении, биологии, генетике и физике.

Рывок науки Белоруссии зрим. И это первый пример того, как слово «реформирование» приобрело зримый характер.

Это и привело меня в кабинет президента НАН Беларуси (ныне он называется Председатель президиума) Михаила Владимировича Мясниковича. Я сразу же поинтересовался:

– Вы искренне, как человек, а не как ученый, занимающий столь высокую должность, считаете, что судьба Белоруссии, ее экономики, а следовательно, и народа в первую очередь зависит от развития науки? Я имею в виду, что частенько мнение чиновника и обычного человека расходится, так как первый старается не перечить власти, а второй просто живет… В общем, это не дань ли моде?

– В этом вопросе есть уже и часть ответа. Но чтобы понять, насколько расширяются сегодня интересы науки Беларуси, нужно проанализировать тот путь, который мы уже прошли. Действительно, мы располагаем большим интеллектуальным потенциалом. И в силу всех обстоятельств – и внутренних, и международных – просто грех им не воспользоваться. Преступно было бы не развивать его. Было бы совершенно неправильно, если бы его не востребовать в нужном месте и в нужное время. Мне кажется, что это время как раз и подошло. Это не просто какие-то голословные утверждения, а реальность, так как в стране наступила стабилизация. И экономическая, и политическая. Безусловно, это давалось непросто. Я хочу проиллюстрировать это на примере бывшего соцлагеря. Не в укор кому-то, а истины ради. Почти во всех государствах смена политическо-экономической формации в той или иной степени сопровождалась применением силы. Беларусь, пожалуй, единственная страна, которая эти проблемы решила демократическим путем. Поэтому мы имеем стабильность, как говорится, выстраданную, принятую, утвержденную. Последние десять лет у нас обеспечивается приличный экономический рост. Это стоит немалых трудов. Мы не пошли на разрушение крупных предприятий, так как понимали, что за крупными предприятиями и компаниями всегда выигрыш в конкурентной борьбе. Можно делать какие-то «свечные заводики», маленькие производства, но они никогда не смогут позиционироваться на современном конкурентном мировом рынке. А мы обречены на торговлю, так как имеем приличный валовой продукт и небольшой внутренний рынок. То есть нам надо торговать.

– По-моему, в вас сейчас говорит ваша профессия – экономика. Но разве ее достаточно?