— Не всякий сосуд способен вместить и удержать Нашу волю и силу, — негромко ответил подложный правитель. — И тот, что оказался достоин, должен быть отполирован, покрыт драгоценной глазурью и выставлен на почётном месте. Поэтому Мы принимаем под Своё покровительство тебя, Айсин Тукуур, отныне знаток церемоний шестого ранга, и свидетельствуем, что долгий путь к Нам воистину огранил тебя словно резец мастера-ювелира. Дабы талант твой обретал новые грани, Мы помещаем тебя под опеку мудрейшего Ган Бэлига, законоучителя священного Баянгола. Чти его как отца и повинуйся как наставнику. Мы также принимаем под Своё покровительство Темир Айяну как живой залог возвращения Нашего священного наследия. В благополучный час она отомкнёт для Нас врата древнего Святилища, дабы Мы и достойнейшие из Наших соратников могли принести дары и прошения живому лику Последнего Судьи. Ныне же Нашей силой Мы избавляем её от гибельных последствий грехов её отца Темир Буги и ложных учителей, едва не приведших её своим нерадением к ужасному концу.
— Примите дары Прозорливого с благоговением и радостью, и не забывайте его благодеяний, — грозно провозгласил генерал Тагар.
Ученик Дамдина и его спутница поклонились до земли. Правитель знаком приказал говорить законоучителю.
— Милостью и силой Последнего Судьи, я, недостойный хранитель Его алтаря, ставлю Айсин Тукуура судебным прорицателем первой сотни Совиных Масок, о чём ему ныне же будет выдано новое "зеркало души". Я поручаю его заботам Темир Айяну, как названную младшую сестру.
— Да будет так, — прогудел генерал.
Ему вторил раскатистый удар гонга. Все снова повалились ниц, а, когда поднялись, Смотрящего-в-ночь уже не было на троне. Сановники начали расходиться, выстраиваясь колонной по два. Дарсен Тагар пристроился рядом с баянгольским законоучителем, краем глаза заметив, как Тукуур раскланивается с Улан Баиром, вероятно, принимая от него поздравления.
— А, генерал! Рад Вас видеть! — пропыхтел дородный жрец Дракона, снимая клювастую маску Феникса. — Только в Вашем обществе у меня появляется предлог снять эту железяку! Как там наши подкрепления?
— Вынужден Вас огорчить, — покачал головой Тагар. — Вместо отборных двух тысяч к нам идёт одна и ещё семьсот орденских факельщиков.
— Тоже неплохо! — пожал плечами толстяк.
— Предпочитаю свои силы, — хмыкнул генерал и жестом предложил собеседнику свернуть на тенистую тропинку.
Убедившись, что за ними никто не увязался, он вполголоса продолжил:
— У меня есть основания полагать, что Орден хочет одним махом покончить с правлением Двадцать Второго и вашей автономией.
Лицо Ган Бэлига осталось непроницаемым, но Тагар почувствовал, как тот сбросил ещё одну маску — безобидного тюфяка.
— Предлагаете атаковать повстанцев и готовить город к нападению с реки? Или строить круговую оборону? — быстро спросил законоучитель.
— Я выбрал бы второй вариант, но в городе тоже что-то зреет. Нам вполне могут ударить в спину.
— Никаких подробностей?
— Пока никаких, — проворчал Тагар. — Милостью Дракона, к вечеру будут.
— Милостью Дракона, — молитвенно повторил законоучитель.
— Сколько могут выставить Ваши фабриканты?
— Шесть сотен. В каждой семь стальных десяток и три огненных. У Совиных Масок огнеплюйщиков и алебардистов поровну. Итого, восемь сотен. Знать бы ещё, с кем мы воюем…
— Ваш новый ученик Тукуур предположил, что это те же повстанцы, что сожгли Могойтин. Бунтари-островитяне. Но он говорил, что у их вожака не больше трёх сотен, а в лагере собрался почти целый тумен.
— Думаете, им тоже помогает Орден?
— Придётся это выяснить на своей шкуре, — с горечью ответил Тагар. — Иначе нас зажмут в клещи и раздавят как земляной орех.
— Больше всего я опасаюсь пушек, — пробормотал законоучитель. — Но они всю эту неделю молчат. Значит, экономят ядра или порох. Можно попробовать вытащить за стены несколько наших и посмотреть, хватит ли у них сил и способностей для дуэли канониров. Но не раньше завтрашней церемонии. После неё я смогу сказать солдатам, что Последний Судья благословляет их на битву. Это поднимет боевой дух.
Генерал согласно кивнул.
— Гвардия будет с вами.
— Это тоже поднимет боевой дух, — благодарно улыбнулся законоучитель. — Я прикажу своим командирам беспрекословно выполнять Ваши приказы.
— Отлично. Через два часа пусть явятся ко мне для доклада.
После совещания с командирами Дарсен Тагар снова обошёл стены, выявляя слабые места в обороне. За подготовкой к сражению он едва заметил, как Светило приблизилось к закату.
Когда Тагар вернулся в свой кабинет, его уже ждал щуплый человечек с неприметным лицом.
— Мой генерал, — поклонился он.
— Билгор Дагва, — почтительным кивком приветствовал своего лучшего шпиона командующий гвардией.
— Они говорили не дольше десяти минут. Юноша сделал все, как Вы приказывали.
— Что сказал Баир?
