Чего он не ожидал, так это сопротивления отзывчивого ума. Этот вспомогательный центр, созданный для общения с разумными аборигенами, должен был провести в забытьи ещё больше времени, чем координирующий ум. Вопреки этому, он оказался вполне развит, и даже пытался оспаривать приоритет принятия решений. Вероятно, в своих блужданиях вокруг пещеры, скрывавшей в своих недрах осколок-капсулу, принесшую их в этот мир, настороженный ум неоднократно натыкался на людей и самостоятельно пробуждал отзывчивый ум, пренебрегая координирующим. И отзывчивый ум пытался исцелить своё одиночество общением с существами, которые и были причиной этого одиночества. С убийцами, расколовшими тело Хранителя, уничтожившими память поколений, обрекшими осколки его народа на скитания в чужом мире. Координирующий ум не мог понять, как эти несуразные существа могли стать причиной такой катастрофы. По сравнению с тем, на что был способен разум этого живого мира, который местные именовали Безликим, "звёздный меч" аборигенов казался обглоданной берцовой костью, зажатой в кулаке обезьяны. Но он разбил тело Дракона, как грязная дубина разбивает драгоценный фарфор. Перечеркнул все усилия Первопроходцев, которые смогли обойти все защиты Безликого и отравить его разум, сделав живой мир безвольной добычей Дракона, готовой принять его волю.
"И, всё же", — возражает отзывчивый ум, — "Первопроходцы делали ставку на пленников Безликого. Прилагали усилия, чтобы защитить их умы от воздействия живых камней. Воспитывали тех, кто принял мудрость Хранителя. Имеем ли мы право не следовать их примеру, особенно сейчас, когда нас осталось так мало? Теперь только люди и другие народы этого мира могут собрать осколки Дракона и помочь ему возродиться в теле Безликого. Возродиться и размножиться, и наполнить великую Пустоту!"
Любому из этих аборигенов слова отзывчивого могут показаться безупречными, но для координирующего ума это набор туземных лозунгов. Отзывчивый ум очарован — очарована, она уже настроилась на эту концепцию — чужаками и их миром не меньше, чем те очарованы безошибочно подобранной формой. Она кропотливо изменяет структуру так, чтобы движения были естественны и приятны для окружения, колебания воздуха — слова — привлекали внимание и дарили надежду, изменения поля создавали гармонию. Старается передать крупицы своих знаний человеку по имени Тукуур, с которым срослись питомцы-связные. Дряхлые, измождённые существа, отравленные кровью людей, сильно изменённых Безликим. Это было попросту опасно. Питомцы едва справлялись с основной задачей — делали человека способным осмыслять изменения электромагнитного поля. Они не могли подстраховать отзывчивый ум в случае, если он сболтнёт лишнего. К счастью, невысокий уровень развития общества мешал аборигену задавать вопросы, выходящие за пределы его священных текстов. К тому же, он уже попал в эволюционную ловушку и был готов влюбиться в посланницу Дракона до боли в сердце и остекленевшего взгляда. В другой ситуации это можно было использовать. Но сейчас неприлично разросшийся отзывчивый ум вполне мог скопировать это состояние для достижения полного резонанса.
Координирующий ум понимал, что им всем нужен врач. Увы, фатальное невезение помешало вещему зверю встретить даже тех сородичей, которые, как оказалось, были поблизости. Того, кто в образе мастера-книгохранителя создавал условия для рождения светоча-зерна. Или того, кто подменил предыдущего улюнского наставника. Впрочем, кто знает, не были ли и они безумцами с доминирующим отзывчивым мозгом? Такая возможность помогла вещему зверю принять неизбежность конца. Он выполнит свою задачу, простую и понятную. Победит разум трона. Сохранит тех людей, кто готов принести светоч-зерно в место назначения. Удерживая эту цель, координирующий ум подчиняет ей работу двух других центров, в то же время давая им больше простора для непосредственного контакта со средой.
Настороженный ум сосредотачивается на очертаниях объектов в отражённом свете, как того требует ум отзывчивый, но даже это не мешает ему ощущать искажение поля. Трон тоже чувствует их приближение и сосредотачивает волю, чтобы сделать поле максимально некомфортным, отпугнуть, помутить сознание. Приходится давать ещё больше свободы отзывчивому уму, и тот делится спокойствием и радостью от своего резонанса.
