Илана брела по улице рыбацкой деревни. В одной из сушившихся на берегу лодок ей удалось найти дырявый матросский плащ и грубый костяной нож, которым она кое-как обрезала свою косу. Теперь, нахлобучив снятую с огородного пугала соломенную шляпу, она вполне могла сойти за юношу. Беглянку всё ещё выдавал городской говор, но постепенно в её голове сложилась легенда, которая могла его объяснить. Главное — не говорить слишком много.
У дверей местной корчмы скучали два добдоба. Увидев их, Илана вздрогнула и едва не повернула в другую сторону, но вовремя взяла себя в руки. Эти стражники ещё не могли знать, что произошло в городе, а так она их точно спровоцирует. Опустив глаза, беглянка зашла внутрь, надеясь, что там не сидит владелец её плаща.
В закопченном зале за истёртыми и изрезанными столами ели и пили загорелые рыбаки. Они вполголоса переговаривались, изредка бросая быстрые взгляды в угол, где за отдельным столиком пристроился грузный шаман в потёртом светло-коричневом кафтане младшего служителя. Чиновник курил глиняную трубку, изредка выпуская колечки сизоватого дыма. Перед ним стояла миска с недоеденным рисом и поднос с молодыми побегами тростника. Когда Илана вошла, шаман взглянул в её сторону отсутствующим взглядом, и вновь сосредоточился на трубке.
Стараясь не глядеть по сторонам, беглянка подошла к прилавку.
— Хозяин, мне бы риса с рыбой, да чего-нибудь промочить горло, — как можно более хрипло сказала она.
— Сделаем, — откликнулся полный мужчина с моржовыми усами, и спросил как бы невзначай: — Давно на берегу?
Илана болезненно поморщилась. Харчевщик — главный поставщик сплетен в деревне, но она готовилась к расспросам.
— С тех пор, как «Шестипалый» налетел на рифы, прими Дракон его капитана, — ответила она. — Теперь прощай, океан!
Харчевщик понимающе кивнул. Считалось, что выжившие матросы с утонувших кораблей приносят несчастье, и шансов снова наняться в команду у них почти не было.
— Зато ты жив, и за это стоит выпить, — ухмыльнулся он, доставая бутыль рисового самогона и глиняную пиалу, которая в благородном доме служила бы поилкой для кошки.
Задержав дыхание, Илана проглотила жгучую бурду. На глаза навернулись слёзы.
— Киты и Бездна! — проворчала она. — Два года под парусами, а пить так и не научился!
— Из книжных, что ли? — подмигнул харчевщик.
— Помощник лекаря, — кивнула беглянка. — У вас, часом, никто не хворает?
— Милостью духов, ничего серьезного, — ответил хозяин корчмы, и, понизив голос, добавил: — Наш шаман конкурентов не жалует, так что ты не нарывайся.
— Этот что ли? — спросила Илана, указав глазами на курильщика.
— Нет, — махнул рукой харчевщик. — Это помощник казначея из Белой Крепости. Ведёт баржу с рабами для строек Прозорливого. Сегодня отчалит со своими разбойниками.
— А попутчика не возьмёт? Я как раз думал податься на восточное побережье.
— Попытай счастья, если не брезгуешь, — пожал плечами хозяин. — Только не говори, что с «Шестипалого». Речники тоже выплывших не жалуют.
Поблагодарив хозяина за совет, Илана подошла к столику толстого чиновника.
— Да хранит Стальной Феникс Ваш путь, билгор! — церемонно произнесла она.
Шаман посмотрел на неё со смесью раздражения и любопытства. К счастью, любопытство взяло верх.
— Да благословят духи и тебя, юный соратник, — ответил он. — Что побудило тебя обратиться ко мне бесталанному?
— Я хотел просить о благодеянии, — скромно сказала Илана.
Раздражение вернулось во взгляд чиновника, он явно подыскивал вежливый эквивалент фразы «проваливай, не подаю».
— Мой дух стремится туда, где Гремящая впадает в океан, — поспешила пояснить беглянка. — И я слышал, что долг ведёт Вас, многомудрый соратник, в ту же сторону. У меня совсем немного денег, чтобы заплатить за проезд, но уверяю Вас, я не стану в пути обузой.
Шаман расслабился, поняв, что у него не просят подаяния, но было видно, что он не хочет брать на борт незнакомого оборванца.
— На барже тесно и грязно, юный… Как, говоришь, тебя зовут?
Это был хороший знак. Нет нужды знать имя собеседника, чтобы сказать решительное «нет».
— Морин Санджар… — назвала она имя человека, отдавшего за неё жизнь.
«Да примет Дракон твой дух, старый друг. Надеюсь, ты не против спасти меня ещё раз».
— …знаток внутренней гармонии восьмого ранга.
Она скинула один ранг, чтобы не будить зависть служителя, которому вряд ли светило повышение. Да и спрос с ученика поменьше.
— Лекарь, значит? — хмыкнул толстяк. — Что же, лекарь в пути лишним не будет. Давай, сколько там у тебя есть и собирайся: через два часа отчаливаем.
Илана выложила на стол десять средних щепок, предусмотрительно оставив себе мелочь. Шаман вздохнул, пробормотал что-то на счёт подающего от скудости своей, и спрятал деньги в кошель.
— Воды набери в дорогу, — посоветовал чиновник. — До самого острова Гэрэл вода дрянная. Да и потом не лучше, — со вздохом добавил он.
**
В низкой сырой камере пахло плесенью и мочой, где-то недалеко пищали крысы. По скользкой стене медленно ползал крупный геккон.
— Будешь говорить? — рыкнул с порога Максар, освещая факелом лицо пленника.
