имея в виду, конечно, ее конкретную ситуацию, род занятий, конкретные события, дела и
т.д., является способность к удовлетворению, или ценностному переживанию. Среди
множества разнообразных жизненных чувств — страха, грусти, гнева, зависти, злобы, ра-
дости — существуют чувства, которые дают нам ощущение подлинности, полноты
данного момента жизни, ее данного состояния, достижения.
Так, многие люди могут изучать прекрасные произведения искусства, не переживая
эстетического чувства; пытаясь что-то понять в картине, как-то ее интерпретировать, они
не способны пережить эстетическое наслаждение. Аналогичны и особенности пе-
реживания ценностности жизни: стремление к переживанию не всегда порождает само
переживание, оно может возникнуть (или не возникнуть) только в результате
определенного адекватного соотношения личности с жизнью.
В детстве ребенок не связан с жизнью необходимостью, долгом, ответственностью,
поскольку его потребности удовлетворяют взрослые, а он только пассивно потребляет,
ничего не отдавая взамен. Однако именно в этот период он свободно проявляет,
апробирует свои способности, возможности, развивая их под руководством взрослых. По
мере взросления к нему уже предъявляют определенные требования, он вынужден
137
приспосабливаться к окружающим условиям. При этом формируется потребность лич-
ности в автономии, возникает концепция «я», которая в последующем дает возможность
личности осознать себя как целостность и апробировать свою способность целостным
образом соотноситься с жизнью. Разные типы людей во взрослой жизни уже по-разному
соотносятся с жизнью: одни в основном приспосабливаются к ее требованиям, другие —
приспосабливают условия жизни к своим требованиям, третьи — постоянно разрешают
противоречие между собственными требованиями и требованиями жизни и т.д.
Очень часто стратегии жизни, как отмечалось, складываются стихийно. Они
могли бы быть более оптимальными, если бы строились на основе учета всех
индивидуальных типологических особенностей личности. Зная себя, человек мог бы
избегать тех видов деятельности, которые требуют от него особых, несвойственных ему
качеств, не соответствуют его возможностям организации времени, и стремиться к тем, где
его особенности могли бы проявиться оптимально. Он мог бы избегать социальных ролей,
чуждых ему, и искать те, которые развивали бы его данные. Трудно быть педагогом так
называемому интроверту, т. е. обращенному в себя, малообщительному,
малоразговорчивому человеку. И, тем не менее, многие люди тратят огромные волевые
усилия на преодоление несоответствия своих типологических особенностей и жизненных
обстоятельств, которые они выбрали сами или позволили их себе навязать. Еще более
трагичны такие соотношения личности и жизни, при которых она либо не может в полной
мере проявить присущие ей способности, либо теряет их.
Психологические и личностные потери, к сожалению, сопровождают весь
жизненный путь человека. Например, условия воспитания и образования в школе
приводят ко многим личностным потерям: активности, инициативности, способности к
общению, чувства товарищества, умения согласовывать свои действия с другими людьми,
уважения к взрослым. Гармоничная для каждого возраста связь между словом и делом,
поступком извращается. Дети, особенно подростки, видят бесчисленные примеры
нарушения взрослыми этой связи: ложь, безответственность поступков и т.д. Еще не
проанализирована психологическая роль в этом разрушении телевидения. Можно
представить себе, как придет к преступлению человек, никогда не видевший пре-
ступлений, не знающий, что такое убийство: он должен пройти свой психологически
личностный путь к этому преступлению. Его может толкнуть на это либо сильнейший
аффект, либо неразрешимые, выстраданные жизненные противоречия. Совершенно иным
оказывается смысловое пространство современного подростка, который уже тысячи раз
увидел и знает, что такое преступление. Нарочито заостряя постановку проблемы, можно
сказать, что в первом случае переживание является причиной поступка, действия, во
втором — действие воспроизводится, чтобы испытать переживание.
Ситуативность жизни навязывается личности и тем самым либо затрудняется, либо
вообще не возникает способность к формированию обобщений, стратегий, перспектив
жизни. Человек начинает планировать свою жизнь по совершенно иным критериям, делать
то или иное дело по мере его срочности, внешней необходимости и перестает
формировать собственные планы. Возможность располагать собой, условиями своей
жизни исчезает, а вместе с ней исчезает и соответствующая способность строить
стратегию жизни.
