Под непонимающим взглядом Вики он давит на педаль газа, никак не комментируя свою внезапную остановку. Когда окружающие дорогу дворы остаются позади, он снова выкручивает руль, резко заворачивая вправо на совсем узкий проулок — метра три в ширину. Переживания и моральная подготовка к тому, что его красавицу ждут глубокие ямы, лужи, грязь и торчащие камни оказались напрасны — проулок, вплоть до конца, оказывается хорошо укатан гравием. Всего в паре метров левее дороги стеной из деревьев, за которой течёт бурная река. Чем дальше от поворота, тем шире становится тупик, повторяя изгиб русла реки, пока не становится достаточно просторным, чтобы можно было без труда развернуться. Заехав на плиточную кладку, Вадим останавливается перед высоким белым забором, вдоль которого растут ухоженные цветочные клумбы. Рядом, перед коричневыми раздвижными воротами, стоит знакомым ему чёрным пикап. Услышав шум машины, громко лает собака, извещая хозяев о гостях.
Заглушив мотор, Вадим снимает очки и замечает Вику, которая уже отстегнула ремень и берётся за ручку двери, собираясь выходить. Взяв её за предплечье, он тянет её обратно, вынуждая сесть на место.
— Что? — спрашивает она.
— Прости, что нагрубил. Ты права, — говорит Вадим, опустив голову и не отпуская её руку. — Я воспользуюсь твоим советом. Спасибо тебе.
Он слегка поворачивает голову и смотрит на неё с благодарностью. Из раздумий его вырывает её рука, что накрывает его собственную и слегка похлопывает по ней.
— Ты посильнее меня. Ты справишься.
Вика улыбается ему, мягко и настойчиво вырывая руку из его хватки.
— Идём, познакомлю тебя с Аней.
Закинув миниатюрную сумочку на плечо, она выходит из машины, глухо хлопая дверью. Закрыв окна, Вадим также выбирается наружу и разминает затёкшие за почти два часа езды ноги. Подхватив с заднего сидения рюкзак, он закидывает его на плечо и обходит машину, застёгивая верхние пуговицы рубашки и пальцами зачесывая чёлку назад. Привычка носить брюки с рубашкой закрепились у него после долгой работы в охране, где дресс-код распространённое дело. Официальный вид придаёт ему больше уверенности и словно допинг стимулирует собранность и сосредоточенность.
— Викусик!
Задорно вереща, из распахнутой калитки выбегает девчонка и прыгает в распахнутые объятия его пассажирки. Вдоволь пообнимавшись и нашептавшись, подруги начинают чмокать друг друга в щёчки, а в это время Вадим подходит к ним сзади, останавливаясь между своей ауди и пикапом. Он не видит лица встречающей девушки из-за спины Вики, но с нескрываемым удивлением смотрит на рассыпанные по её плечам локоны, которые от корней до кончиков плавно меняют цвет с зеленовато-синего до ярко-лазурного.
Покончив с девчачьими заморочками, которые Вадиму напоминают встречи Сони с одноклассницами, неформалка привстаёт на цыпочки и оценивающе смотрит на ауди поверх плеча Вики.
— Крутая тачка! — комментирует она. — Твоя? О! — её взгляд цепляется за Вадима. — Здорова! Ты её бойфренд?
Встретившись со свинцово-серыми озорными глазками, Вадим, не моргая, отвечает девчонке холодно-презрительным взглядом, от которого та ненадолго теряется, взмахивая накрашенными ресницами. Этого времени ему хватает, чтобы мысленно послать пару отборных русских матов в сторону американца. Образ миловидной внешне бунтарки в его голове только что разбился вдребезги, столкнувшись с действительностью. От засранки с фотографии в той папке остались только глаза без очков да лицо, но и то броско размалёвано. Новоявленная клиентка отстраняется от Вики. Отступив на шаг, она с опаской посматривает на Вадима через плечо подруги.
— Ви-ик, — тянет она, переводя взгляд на подругу. — Чё за типа ты с собой притащила?
Вадим хмыкает от такого обращения к тому, кто почти вдвое старше неё. Он начинает догадываться, что одной порцией лестных словечек старый янки точно не отделается.
— Ну… понимаешь, — Вика начинает мямлить, оборачиваясь к нему и взглядом прося о поддержке, чем только подтверждает его мысли о том, что невежливая малявка даже не подозревает о задумке своей старшей сестры.
— Я твоя нянька до конца лета, — стараясь, чтобы слова звучали как окончательный приговор, спокойно цедит Вадим, ни чуть не меняясь в лице.
— Чё?!
— Какая ещё нянька?! — громко возмущается Аня Мельникова.
— Самая настоящая и с полным пакетом услуг: кормёжка, готовка, уборка. Задницу сама себе подтирать будешь, — с лёгкой издёвкой заканчивает Вадим.
— Ты!!! — начинает бушевать новоиспечённая подопечная, надвигаясь на него. — Отпусти меня!
