Прошедшие два дня вышли очень бурными: Майкл Харп всячески способствовал его скорейшему увольнению из ЧОП «Алмаз» и в кротчайшие сроки организовал ему встречу с Мельниковыми. Владелицей ресторана в центре Краснодара оказалась изящная и молодая блондинка под тридцать лет, которую Вадим оценил как более взрослую версию будущей клиентки — до того та оказалась похожа на его скорую занозу в заднице. Её отец, статный и деловой мужчина, слегка тронутый первой сединой, сразу представился и вручил ему свою визитку. Он выразил надежду, что она никогда не пригодится, а потому попросил звонить лишь в крайнем случае. Покончив с приветствием, глава семьи пожелал Вадиму удачи в предстоящем деле и покинул кабинет дочери, сославшись на дела. Когда он ушёл, Василиса сразу выразила соболезнования, на что Вадим по обыкновению угрюмо поблагодарил — подобные шаблонные фразы без капли истинного сочувствия успели порядком поднадоесть ему, вызывая лишь отвращение. Закончив с формальностями, условная заказчица перешла к делу. Василиса говорила кратко и по существу, перечисляя оговорённые ранее с Майклом его обязанности и требования, пока Вадим зачитывал и смаковал контракт в поисках подводных камней. Между делом Мельникова посетовала на слишком раннее взросление сестры и попросила его не поддаваться на её провокации. Вадиму оставалось только понимающе кивнуть и расписаться на дочитанном контракте. Не считая личности клиента, его, в роли нового домработника Мельниковых, не устраивал ещё и адрес работы — станица Шапсугская, которая находилась почти в сотне километров от Краснодара. Возразить на выбранное заказчиком место проживания он не мог. Одновременно догадался, почему выделялись такие средства на сопутствующие расходы.
Тем временем его попутчица тихо сидит в соседнем кресле, склоняясь к открытому окну и на ухабах едва не вываливаясь головой из него. На вид ей чуть за двадцать, а слегка загорелое лицо скрывают каштановые локоны, водопадом стекающие на плечи и до небольшой груди под белоснежной майкой. Виктория оказалась его невольной попутчицей и проводником к точке назначения, словно навигатора с адресом ему было мало. За пару часов до выезда Вадима за девчонкой позвонил Майкл и сообщил, что планы поменялись, и что мерзавку привезёт в деревню сам американец. Вадиму же оставалось прихватить Вику в центре города и довести до пункта назначения. Всю дорогу они проехали молча, лишь поздоровавшись при встрече. Он не отвлекался от загруженной и стремительной трассы, а она не отвлекала его своим присутствием, за что он ей благодарен. Теперь же это начинает подбешивать, словно он везёт труп. Поглядывая на неё, Вадим различает на её лице самую настоящую скуку. И даже сейчас она без интереса наблюдает за проносящимися мимо деревьями, словно такая картинка успела стать обыденностью для неё.
— И кем ты работаешь на Харпа? — не особо надеясь на ответ, спрашивает Вадим о Майкле.
Краем глаза он замечает движение со стороны пассажирки. Оторвавшись от дороги, поворачивается к ней и наталкивается на удивлённый взгляд голубых глаз.
— Дочерью.
Получив ответ, Вадим возвращается к дороге и только после этого осознаёт услышанное. Он снова бросает на неё взгляд, но Вика уже потеряла к нему интерес и опять смотрит в окно. Они едут не по федеральной трассе с плотным потоком, так что он решает провести оставшееся время, разведывая детали о своей будущей головной боли под именем Аня Мельникова. После бумажной волокиты, сбора вещей и поездки в больницу к Соне у него не осталось времени на то, чтобы самому изучить девчонку — узнать то, что не было написано о ней в папке американца. Но теперь его интересует нечто другое — любопытство неуклонно растёт каждый раз, как он смотрит на пассажирку.
— Как твой отец очутился в России? — задаёт он вопрос, решая подойти к теме клиентки издалека.
В это время они снова выезжают из леса, и по обе стороны от дороги разворачиваются нежно-зелёные луга. Как обычно, Вика отворачивается от скучного лицезрения ослепительно-яркой природы и задумчиво смотрит на него. Дорога ровная, прямая, так что Вадим разрешает себе ответить ей тем же взглядом. Он приходит к выводу, что в ней действительно что-то есть от американца. После первой встречи в больнице они встречались ещё дважды, и теперь он точно уверен: у них идентичный цвет глаз и черты лица. Неожиданно на лице Вики вырастает тёплая улыбка, которую Вадим по-началу принимает на свой счёт.
— Он приехал сюда вслед за мамой, — задумчиво и тихо начинает она, но он всё равно слышит её голос через шелест ветра в салоне. — А когда не удалось уговорить её отправиться с ним в Америку, остался на Кубани.
— Любовь? — Вадим криво усмехается, потому что не смог предугадать такой вариант. — И как же встретились кубанская девушка и техасский ковбой? — саркастично спрашивает он.
— На Дне Мадрида в девяносто четвёртом году.
