По пути к Солнечному перевалу армия миновала несколько сожжённых деревень. Они действовали на солдат угнетающе. Ведь совсем невесело шагать мимо сгоревших остовов домов и рядов кольев, с насаженными на них сектантами, на лбу у каждого из них вырезана свастика. Наши каратели хорошо работали над устрашением местного населения, глядя на этакие "украшения" многим совсем расхочется вступать в ряды сектантов. В общем, моральный дух армии неуклонно падал - слишком долгая дорога, слишком далёкая война, слишком непонятный враг. И что с ним станет после первого сражения с нежитью, неизвестно. Ведь победа на нею дастся ценой многих жертв и будет сильно отличаться от тех, что знакомы этим солдатам и рыцарям. Не будет трофеев и знамён поверженных полков, кидаемых к ногам короля и генералов, а будет уборка. Самая банальная уборка трупов, каковая происходит после каждого серьёзного боя с нежитью. Тела стражей увозят в крепости, а нежить сваливают в курганы и сжигают. Конечно, однажды поднятого - нельзя поднять снова, однако рисковать лишний раз никто не хочет. К тому же, сжигать придётся и убитых солдат и рыцарей, даже самых знатных, что также вряд ли понравится им.
С такими настроениями армия подошла-таки к крепостям. Сапёры снова разбили громадный лагерь практически точно между Первой и Второй. Загодя магистру Дункану и командору Кристобалю были отправлены Воздушные письма и для верности Подземные посылки, так что ждать делегации от наших командиров долго не пришлось.
Уже на третий день с юго-запада прибыла кавалькада блистательных рыцарей Гарнизона Первой крепости во главе с самим магистром. Дункан впечатлял, как всегда. Белоснежные доспехи с вычеканенным на кирасе символом стражи, плащ цвета ни разу не виданной мною слоновой кости и, по контрасту, вороной конь. Как обычно, никакого шлема и двуручный меч в ножнах за спиной. Остальные рыцари мало уступали ему. Да уж, наш магистр умел поразить, когда хотел.
Эффектным движением он спрыгнул с коня и отвесил короткий поклон королю, звучно хлопнув латной перчаткой по кирасе на груди.
- Ваше величество, - обратился он к Пелиаму, - я рад приветствовать вас на земле, вверенной моей заботе.
- А я, в свою очередь, - ответил король, - рад приветствовать столь прославленного стража, помнящего ещё имперские времена.
- Вы привели в мои земли большое войско, - сказал магистр Дункан, - и оно, клянусь своим мечом, нам сейчас весьма кстати. Армия нежити собирается у Солнечного перевала, они в любой момент могут атаковать наши крепости.
- И почему же не делают этого? - поинтересовался эрл Югон.
- Всё ещё собирают силы для удара, - не чинясь, ответил Дункан, - видимо, в их планы входит не только осада наших крепостей, но и продвижение вглубь территории, а для этого нужны более чем внушительные силы.
- И с ними нам придётся схватиться, - утвердительно произнёс король Пелиам, глаза его при этом горели азартом. Было очень хорошо видно, что он получает ни с чем не сравнимое удовольствие от предвкушения войны. - Это будет непросто, но, как я понял, мы должны разбить их.
- Это цель любой баталии, - позволил себе усмехнуться непритязательной шутке его величества магистр Дункан, - однако враг дал нам в руки серьёзный козырь, расположившись на единственной равнине близ Солнечного перевала.
- Я заметил, что тут у вас местность, в основном, лесистая, - заметил король Пелиам, - и уже начал задумываться, а не ошибкой ли было брать с собой кавалерию. Ей тут негде будет развернуться.
- Равнина, на которой расположилась нежить, - заверил его магистр Дункан, - просто создана для кавалерийских атак. Местность там ровная, как стол. Одна только неприятность, нежить занимает единственную возвышенность - большой холм, начало отрогов Бегучий гор.
- Эта неприятность не особенно велика, - отмахнулся король, - не будет же нежить всё время сидеть на этом холме. Ведь это они пришли воевать вас, а не вы - их.
Этот импровизированный военный совет полностью заменил совет настоящий. Зря ждал короля и магистра, и присоединившегося к ним на следующий день командора Кристобаля, большой шатёр с затейливой картой, привезённой из столицы. Наш командор прибыл не столь эффектно, как магистр, но оно и понятно. Бывший клирик, хоть и достаточно высокого ранга, привык всегда находиться как бы несколько в тени. Он тоже приехал верхом в сопровождении крылатых гусар панцирной хоругви, сверкавших доспехами, поражавших пятнистыми леопардовыми шкурами и знаменитыми на все крепости крыльями за спиной.
Дон Кристобаль спрыгнул с коня и, вместо того, чтобы направиться в палатку, занимаемую королём или магистром, подошёл ко мне.
- Я рад видеть тебя живым, сэр Галеас, - хлопнул меня по плечу командор. - Мне уже доложили, что с тобой успели приключиться несколько недоразумений по дороге и в самой столице. За отличное участие в турнире, да ещё и в столь престижной дисциплине, спасибо, а вот язык тебе стоило держать за зубами. Всю информацию о границе должен был сообщать королю обер-канцлер. Это одна из его обязанностей, между прочим, из главных.
