— Отдайте меня под трибунал, если вам не нравятся мои решения, темноликие побери! – взорвался Снэйки. После всего случившегося он переживал, не зная о судьбе остальных, так хотел увидеть капитана снова, и тут вдруг такое… – Я спасал жизни! И поступлю так же снова, пусть даже поперек вашим приказам!
Капитан открыл рот, чтобы ответить, но его ответ потонул в изумленном выдохе толпы. Он обернулся на источник, пытаясь понять, в чем дело, и так и застыл с открытым ртом.
В пяти шагах от него, не обращая внимания на всех собравшихся, целовались двое – Зак и Эд. Причем целовались так, будто были готовы начать что-то еще более серьезное прямо здесь и сейчас.
Командир базы почувствовал настойчивое желание протереть глаза и ущипнуть себя что есть силы. Этого не могло быть, просто никак не могло быть. На его базе, прямо перед его носом…целовались двое мужчин!
— Идиоты, — пробормотал Снэйки.
Капитан обернулся к нему. Рыжеволосый наблюдал за происходящим, абсолютно не смущаясь, будто бы такое происходило в его жизни сплошь и рядом. Почувствовав на себе взгляд командира, он развернулся и пошел прочь, не желая продолжать разговор.
— А капитан как развернется… нет, вы бы видели его глаза! – Тик хохотал во все горло, пересказывая в сотый раз инцидент на утесе. – Он был похож на рыбешку, которую вытащили из воды! Держу пари, такого он еще в своей жизни не видел! Чтобы на его базе…
— Да перестань ты, — Ноэл кинул в него подушкой. – Лучше подумай о Заке, что с ним будет.
Тик нахмурился.
— Да, ему спокойной жизни не дадут. А ты что думаешь, Мэтт?
Рыжеволосый рекрут валялся на кровати, уставившись в потолок.
— Зак – мой друг, — наконец ответил он. – А Эд спас мне жизнь. И я начищу физиономию каждому, кто попробует сказать гадости про них.
В комнате воцарилось молчание.
— А он прав, — наконец кивнул Джордж. – Какая разница, кого Зак любит! Он наш друг, и этого ничто не изменит.
Другие молча согласились.
Мэтью пнул спинку кровати, вскочил на ноги и пошел прочь из комнаты.
— Ты куда? – удивился Тик.
— Пойду проветрюсь, — буркнул Мэтт. Он все еще не мог придти в себя после встречи с капитаном.
Выйдя из комнаты, он глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. И почему его так разозлили слова капитана? Может…он ждал другого приема?
«Командующий базой действовал, как и следовало капитану, предъявляя свои претензии, — высказалась разумная составляющая его разума. – А как иначе? Если бы один из твоих людей устроил бы такую самодеятельность, неужели ты не был бы зол?»
Мэтт почувствовал, как огонек гнева постепенно раскаляется и превращается в пожар. Да еще и Зак с Эдом…натворили дел. Это все-таки были северные границы, а не всетерпимый центр. Во дворце бы никто слова не сказал.
«Как же, — хмыкнул Снэйки, отвечая самому себе. – То-то ты оттуда смылся, только пятки сверкали. Наверное, как раз из-за этой всетерпимости и прощения».
«Тут боевая база, — напомнил он себе. – Гражданских нет. Тут нету слащавых лиц придворных и приторных улыбок дамочек. Настоящие воины поговорят-поговорят и забудут. В конце концов, Эд многим спасал жизнь. На базе нет лучшего доктора».
— Да говорю вам: он бы уложил его прямо там. Думаете, ему впервой? Да у него таких рекрутов – палат не счесть! Почему некоторые там неделями лежат, а некоторые сбегают при первой же возможности? Именно поэтому! – выйдя из-за угла, Снэйки поймал краем уха обрывок разговора. Один из рекрутов, судя по всему, не первогодок – Снэйки не видел его на тренировках – стоял и поливал грязью лучшего медика базы.
Внутри рыжеволосого палача что-то взорвалось. Все эти последние события: Кинг, поход, борьба за жизнь в снежной пустыне, холодные глаза капитана, Эд и Зак, – все слилось в одну кутерьму, поднимая в его душе волну размером с немаленькую гору.
— Тебе не кажется, что ты зарываешься? – зло спросил он.
В этот момент, если бы Мэтью посмотрел на себя со стороны, то не узнал бы. Интриган Снэйки, бывший фаворит короля, стратег, предпочитавший сначала выработать план, а лишь затем действовать, Рэд, который в общении с рекрутами всегда предпочитал колкое слово любой открытой драке, сейчас просто нарывался на нее.
Рекрут лениво повернул голову.
— Мне показалось, или какая-то муха что-то пропищала? – с самодовольной ухмылкой спросил он под услужливый гогот товарищей.
— Прекрати оскорблять Эда, — твердо сказал Снэйки.
— Нет, вы только посмотрите, — рекрут хохотнул, а потом, приглядевшись, добавил:
— А не ты ли две недели проторчал в лазарете? Наверное, понравилось? Хочешь третьим пристроиться?
Его товарищи сложились от смеха пополам.
В мозгу Рэда вспыхнула белая искра, затмевая разум. Все, разговоры кончились, на его место пришел зверь, которому хотелось одного: убивать.
Секунду спустя самый говорливый рекрут лежал без движения на полу. Снэйки же стоял над ним, стряхивая кровь с руки.
— Кто следующий? – в его голосе сквозила нескрываемая угроза.
— Хватайте его! – крикнул кто-то из рекрутов. Дальше все смешалось в бесконечном потоке тел.
