— Хорошая работа, — кивнул он, становясь обратно в ту же позицию. Показалось ли Мэтту, или действительно он увидел улыбку на губах непоколебимого командира базы?
Мэтью потряс головой. Не время было об этом думать.
Тигр бросился на него, оскалив зубы. Мэтт пронзил его клинком, и короткой молнией из левой руки довершил начатое. На мгновение он пошатнулся.
«Слишком много магии, — заключил бывший палач. – Пора с этим заканчивать, или я стану обузой в битве».
За его спиной раздался свист стали – капитан тоже не зря стоял. Мэтью улыбнулся. Вместе они начали смертоносный танец оружия.
Со всех сторон лезли темные гады, тигры, прочая нечисть. Снэйки уже потерял счет этим тварям. Там, где он отклонялся, капитан наносил свой удар. Командир отступал – Мэтью всегда был рядом, чтобы добить врага. Они меняли позиции, кружа, спина к спине, не отступая друг от друга ни на секунду. На мгновение Мэтт почувствовал себя счастливым.
«Если это могло продолжаться вечно, — подумал он. – Этот жар битвы, эта близость тел. Это тот момент, когда слова не нужны, когда ты сражаешься за свою жизнь, и за…его жизнь. Когда не нужно ссориться, не нужно ничего доказывать, просто нужно сражаться и не отступать. Когда тебе не нужно спрашивать, что он чувствует. Ты знаешь, ощущаешь, что он чувствует то же самое. Мы воины, мы были рождены для войны. Любовь, страдания сердца – все это было изобретено теми, у кого было время на это. Когда же в твоем распоряжении только здесь и сейчас, нет времени думать. Только сейчас ты можешь забыться, можешь просто жить».
Его рука рубила без устали. В те секунды от него прежнего не осталось ничего, была только машина, которая сражалась. Но в следующий миг вся гармония разрушилась, в прямом и переносном смысле.
Лед под ними начал трескаться. Снэйки ругнулся и перепрыгнул на другой, более устойчивый участок, тогда как капитан, наступив в провал, оступился и попал прямо под удар острых когтей.
Он не вскрикнул, из губ не вылетело ни звука. Только на рубашке под разорванной накидкой моментально начало распространяться кровавое пятно. Тигр довольно рыкнул, уже готовый нанести смертельный удар, но слишком поздно понял, что лед под ним начал проседать. Он прыгнул, клинок Мэтью поймал его в воздухе, и чудовище полетело вниз, увлекаемое ледяной лавиной.
Капитан почувствовал, что его тащит вместе с ним. Мгновение – и он собрался ощутить свободное падение в бездну, но теплая рука поймала его замерзающую руку в разодранных перчатках.
— Куда собрался, — Мэтт висел на непонятно откуда взявшейся веревке, и крепко держал его.
На изможденном лице рекрута царила бесшабашная улыбка, будто бы он выиграл приз.
Капитан устало вздохнул.
— База в полудне ходьбы. Найди себе укрытие и утром ступай на юг. Ты справишься.
Улыбка на лице рыжеволосого рекрута вмиг померкла.
— А ты… куда собрался? – спросил он. – Я понимаю, конечно, ты этому тигру хочешь отомстить, но не будь таким кровожадным, кэп! Отомстишь в следующий раз!
Темноволосый хмыкнул, подавляя смешок. Смеяться было очень больно, а он хотел удержать стон.
— Отпусти руку, — предложил командир.
— Чтоо? – возмутился Рэд. Рука сжалась сильнее, сминая кость.
Капитан прищурился от боли.
— Я проиграл, — признался он. – Тигр достал меня. Рана глубокая, и тебе не дотащить меня до базы, я буду только обузой. Ты же можешь выжить.
Мэтт замотал головой, в то время как командир базы продолжал говорить.
— Это путь воина. Я всегда был к этому готов. Кодекс…я готов принять смерть.
— К черту кодекс! – зеленые глаза рекрута взорвались молниями, а рука его продолжала сжимать руку темноволосого еще сильнее. – Не торопи свой смертный час, — нахмурился он. – Я не знаю, что за снежные мухи живут в твоей голове, капитан, но никто не должен так просто разбрасываться своей жизнью!
Рука дрогнула от непосильной ноши. Рэд зло сжал губы, отказываясь его отпускать. А капитан продолжал висеть, потерявшись в бесконечно глубоких зеленых глазах.
— Слышишь? – рявкнул Рэд, с трудом, сантиметр за сантиметром вытаскивая своего командира. – Никто не должен так просто сдаваться! Какое бы ранение не было, какая бы сложная ситуация, какие бы грозные противники, всегда есть выход! И если ты этого не понимаешь, я вдолблю это в твою бестолковую голову! Я вылечу твои мозги от этого идиотизма, называемого кодексом воинов! У тебя свой кодекс, а у меня свой. И в моем четко сказано, что никто не должен бросать своего товарища умирать!
Еще несколько сантиметров – и он изнеможенно рухнул на землю, крепко держа упрямого капитана.
— Слышал?! – кровь взыграла в нем снова, и он поднял темноволосого воина, держа за шиворот, как котенка. Ответом ему было молчание – его компаньон потерял сознание, похоже, еще несколько минут назад.
Снэйки чертыхнулся. Тирады тирадами, но так ведь и, правда, умереть недолго! Мэтью проверил пульс. Слабый, но он все-таки был.
