Зал был скучным, не то что само здание межмирового телепорта, украшенное откуда только не привезенными диковинками. Янис успел заскучать, когда наконец что-то загудело, низко и вибрирующе, и серый пластик стены сменился светящимся пятном.
— Путь открыт! — махнул выглянувший в зал техник.
В портал так и вошли чуть ли не боевым порядком. Впору заподозрить, что с той стороны опасно, но Рилонар бы ведь предупредил?
Сам момент перемещения Янису не понравился. Низкий гул пробрал буквально до костей, так, что зачесалась даже отсутствующая чешуя. Горгона на всякий случай закрыл глаза. Он вроде бы сумел взять свои способности под контроль и уже не боялся окаменить какого-нибудь журналиста, если разнервничается, но мало ли…
Поэтому первым его впечатлением от той стороны стал запах. Не то чтобы очень сильный или неприятный, но этот запах в принципе был, что особо остро ощущалось после кондиционированного воздуха зала перехода. А еще тут было немного холоднее, где-то на пару градусов, и чувствовались лучи утреннего солнца.
— Добро пожаловать, — с этой стороны порталом управлял канонический такой маг в самой настоящей мантии. Правда, был этот маг таким же сонным и помятым, как техник с той стороны, и зябко кутался в свою мантию, ежась от рассветной прохлады. Почему-то такое совпадение Яниса развеселило, и он не стал сдерживать улыбку. В конце концов, он мастер, но не каменная статуя! Поэтому же он позволил себе украдкой поглядывать по сторонам, пока они еще не ушли куда-нибудь с открывшейся площади.
Портал с этой стороны был каменной аркой, украшенной какой-то весьма безвкусной на взгляд Яниса резьбой. Она потихоньку проглядывала в затухающем белом свечении, и маг сонно пялился на это с таким нетерпением на лице, что было ясно: стоит порталу окончательно закрыться, и он уйдет в свою караулку, или куда там ему полагалось, греться и досыпать.
А вот им это не светило: дворфы, коротко посовещавшись, уверенно двинулись к выходу с площади, бухая по брусчатке тяжелыми сапожищами. На первом же повороте один из них отстал, но Янис заметил это только потому, что кольцо охраны стало уже. Было слишком любопытно оглядеться, благо ничего этому не мешало: поклажу, всего-то два легких рюкзака с прицепленными к ним скатанными плащами, дворфы забрали себе сразу, едва встретили.
Навстречу попадались редкие прохожие, на дворфов поглядывающие кто с любопытством, кто с легким испугом — видать, важную особу сопровождают, раз защищать готовы, — кто с оценивающим таким интересом, явно прикидывая, что же это за особа.
Янис вздохнул — если путешествие и дальше будет проходить в таком формате, это будет очень скучная неделя. Разве что за городом окажется более живописно, тогда получится сделать несколько набросков для будущих работ. Город его пока что не вдохновлял — то ли смазывался утренним сумраком, то ли просто не обладал какой-то общей идеей и планом застройки, благодаря которым в результате получается неповторимый и живой образ. Впрочем, Янис архитектором не был и чаще вдохновлялся более мелкими объектами. Вот, если подумать, этот строй дворфов тоже по-своему хорош. Непривычное для него направление, слишком массивное и тяжелое, но…
Янис задумчиво прикусил коготь, пытаясь представить, какой камень лучше передаст эту тяжелую, уверенную слитность и мощь. И в чем ее вообще выразить. Не статуэтку же делать, право… В мыслях он уже дошел до скульптурной группы, когда впереди замаячили городские ворота. Из города их выпустили без вопросов, а на дороге уже поджидал тот самый отставший дворф, встопорщив бороду, восседающий на передке крепкой такой телеги, заботливо устланной сеном.
Потрогать телегу было интересно, да и сена Янис раньше вживую не видел. А еще распирало любопытством: как будет смотреться в этом крепком, но ни разу не величественном средстве передвижения Рилонар со своей каменной мордой?
Выяснить это не удалось. Когда Янис неловко с непривычки устроился на сене, а возница хлестнул поводьями низкорослую лошадку явно горных кровей, Рилонар просто зашагал рядом вместе с дворфами, неведомым образом избегая пыли и оставаясь все таким же надменным — ни одна прядка из сложно сплетенной косы не выбилась. На контрасте с невысокими и кряжистыми дворфами, вызывающими у горгоны невольные ассоциации с танкетками, он смотрелся особенно потрясающе. Яниса прямо распирало от того, что это его эльф. Что его можно с полным на то правом обнять, поцеловать, облизать змейками… сделать его статую. Правда, не сейчас, но от этого только распирало еще больше.
