Еще через часок в кают-компанию заглянул юнга и предложил Яромиру горячую булочку, но тот жестом отослал его, так и не оторвавшись от страниц. Всеволод подождал еще немножко, потом собрался пройти на палубу, но тут в кают-компанию зашел Милорад. Всеволод посмотрел на боцмана и усмехнулся. С таким лицом не в кают-компанию заходить к увлекшемуся не по делу Яромиру, а в клетку с голодными тиграми.
— Господин Яромир, — решительно начал боцман, заранее возвысив голос.
— Да, Радушка, — Яромир рассеяно посмотрел на второго помощника. Утром тот стушевался от такого взгляда, сейчас же только набычился.
— Когда вы изъявили желание работать в моей команде, вы обещали беспрекословно мне подчиняться.
— Разумеется, Радушка. Я разве что не так сделал?
— Почему вы до сих пор не на палубе? — грозным голосом вопросил Милорад.
— Сейчас, Радушка, я только дочитаю, — Яромир снова обратил внимание на пухлую книгу, раскрытую примерно на середине.
Милорад шумно выдохнул воздух.
— Интересно, кто несколько дней назад хвастался, что начал отдаленно напоминать человека? Я бы сегодня ничего не сказал, но сейчас уже полдень, а вы за все утро ничего в рот не положили. Вы даже отказались от горячей булочки!
— Постой, — Яромир закрыл книгу. — Радушка, я просто увлекся.
— Это совершенно лишнее, господин Яромир. А вы, господин полковник, чем защищать господина Яромира от наших людей, которые не желают ему ничего, кроме хорошего, лучше бы поберегли его от его собственных капризов!
Всеволод бросил на боцмана ледяной взгляд и тот осекся. В самом деле, полковник в команду «Переплута» не просился, значит, второй помощник капитана никак не мог так разговаривать с человеком значительно старше себя по званию. Тем более, что вся команда королевского сайка проходила по ведомству того же Всеволода. Милорад был в чине старшего лейтенанта.
— В самом деле, господин Яромир, идите на палубу. А то непорядок. Пошли этим курсом, чтобы вы могли медитировать и работать с парусами, а сами нос наружу не кажете. Да если бы вы нормально ели, разве бы я стал к вам приставать?! — неожиданно завершил свою речь боцман.
Яромир вздохнул.
— Иду, Радушка. Ох, правильно мне ребята говорили. Загоняешь ты меня…
Яромир встал и пошел на палубу, сопровождаемый ворчанием Милорада. Книга по китайской философии осталась лежать на столе. Всеволод взял ее в руки, полистал и тихо проговорил:
— Судя по этой книге, Яромир не на шутку встревожен. В нормальном состоянии он не способен читать подобные неудобоваримые трактаты с такой скоростью.
С этими словами Всеволод положил книгу обратно на стол и вышел на палубу.
— А где же Яромир? — удивленно спросил он, оглянувшись по сторонам.
— На камбузе, — гордо ответил боцман. — Господин Яромир вспомнил, что он зверски голоден и что я говорил что-то о горячей булочке.
Всеволод улыбнулся.
— За одно это тебе можно простить все твои закидоны, Радушка. Господину Яромиру действительно идет на пользу работа на свежем воздухе.
После обеда ветер стих совсем. Яромир хотел было снова приняться за китайскую философию, но Милорад решительно забрал книгу из его рук.
— Можете подремать с полчасика, если хотите, а потом извольте явиться на палубу.
— Зачем, Радушка? При таком ветре там совершенно нечего делать.
— А палуба? — вопросил Милорад.
— Паньгунань побери, Радушка! Что, кроме меня ее надраить некому?!
— Я дал команде выходной, — с невинным видом ответствовал боцман.
Яромир аж поперхнулся, потом рассмеялся.
— После такого затишья, вполне может разразиться буря, — уже серьезно пояснил боцман.
Яромир кивнул. Это, безусловно, не было объяснением. Но он сам просился под командование Милорада. Значит, нужно соблюдать правила игры и подчиняться.
Вечером и в самом деле набежали облака, и подул изрядно-таки неприятный ветер. Правда, сайк пошел под ним довольно уверенно, но они уже были неподалеку от Сингапура. Если вдруг разразится шторм, то их может занести в восьмимерное пространство. Оставалось только торопить ход «Переплута» и молить Юйцяня, который, как известно, был божеством моря и ветра, чтобы он помог проскочить опасный участок. И всего-то оставалось пройти километров тридцать до Сингапура и еще километров сто до внутреннего Вьетнамского моря, в котором можно было спокойно плавать, не опасаясь при резком повороте съехать на обочину.
К ночи разыгрался шторм. Волны швыряли корабль, как щепку, да так, что трудно было разобрать, где они находятся. Нет, все знали, что они аккурат вышли на траверзу Сингапура, но куда их несло определить было трудно. То им казалось, что их несет к заклятому острову, то чудилось, что им удается продвигаться вперед.
Команда суетилась на палубе со штормовым парусом, рулевой стремился удержать судно на нужном курсе, но, уже через полчаса, Лучезару пришлось признать, что их несет на Сингапур, и спасти сайк может только чудо.
С этой утешительной вестью капитан пришел в кают-компанию. Как всегда, во время шторма, там сидели Яромир, Джамиля, Всеволод и Янош. Еще там был Миндон. Он принес ужин и теперь уговаривал его отведать.
