— Ужин не несут, потому, что ужинаем мы сегодня внизу. Стас обещал проследить, чтобы все было там на высшем уровне. Надеюсь, ты не предполагал, что мы можем не сообщить о таком событии Стасу? Он уже полдня мечтает кричать на твоей свадьбе «горько».
— И это в переполненном зале широко известного ресторана, — вздохнул я.
— Я думал, ты о нас лучшего мнения, — обиделся Вацлав. — Я абонировал ресторан на сегодняшний вечер. В конце концов, я тоже хочу кричать «горько» на твоей свадьбе, Ромочка, а в присутствии посторонних людей это как-то не прилично. Особенно, если учесть твое обыкновение доводить начатые дела до конца, а поцелуи, насколько я понимаю, только прелюдия к чему-то более существенному.
Я рассмеялся и хлопнул брата по плечу.
— Все это прекрасно, Вацлав, но тебе совершенно не обязательно вводить в краску мою жену…
На другой день все мы разъехались в разные стороны. Вацлав, Милан, и Стас вернулись к своим многочисленным обязанностям — Милан подрядил Стаса к себе в помощники. Он хотел иметь рядом с собой человека, у которого мог бы проконсультироваться, буде возникнет такая необходимость. Стас согласился, сказав, что это ему достойное наказание за недостойные мысли. Что были, де, времена, когда он, Стас, причислял Милана к сильным мира сего, и по этому поводу не желал иметь с ним ничего общего. А сейчас, когда Милан и в самом деле стал относиться к этой категории граждан, ему приходится не только иметь с ним дело — это, де, он, Стас, со всем удовольствием, но и помогать ему, а значит и самому войти в вышеозначенный кружок по интересам. Причем выразил он все это примерно такой же фразочкой. Милан с видимым удовольствием выслушал его, завистливо вздохнул и сообщил, что ему подобные обороты никогда не удавались. После чего преспокойно вывалил на Стаса целый ворох разнообразных дел.
Ларочка и Лерочка же вернулись к своим научным изысканиям, которыми они занимались вот уже, наверное, пару месяцев, в медвенковском университете. Милан выделил им лаборатории, инструменты и даже снабдил помощниками. По его словам, помогать тому, кому делать нечего, занятие на редкость тонкое и высокоинтеллектуальное. Примером может служить его собственная работа у князя Венцеслава. Когда князь еще не был князем, а был просто преуспевающим магом. Причем тот факт, что Вацлав был князем с восемнадцати лет, а преуспевающим магом еще побывать не успел, за недостатком времени, не смущал Милана ни в малейшей степени.
Мы же с Милочкой, Яношем и Всеволодом с утра пораньше выехали в Дубровник. Нам обязательно нужно было попасть на корабль до ночи. Иначе не только Лучезар мне плешь на голове проест — а в моем положении молодожена это невместно, но и Милорад всю шкуру спустит. Причем, как в переносном смысле, так и в прямом. У меня уже и в прошлый раз мозоли на руках появились, хотя не могу сказать, чтобы я так уж сильно перетрудился.
Мы приехали в Дубровник в двенадцатом часу ночи и сразу же поднялись на корабль, на случай, если Лучезар планирует отплыть с первыми лучами солнца, или же даже не дожидаясь таковых. Было темно, тихо и пусто. Нас никто не ждал, и мы незаметно — насколько это возможно для десятерых человек, которые ни от кого не скрываются, прошли в кают-компанию. Там мы застали Лучезара сразу с двумя помощниками.
— Здравствуйте, господин Яромир, госпожа Джамиля, господа! — радостно воскликнул капитан, вставая нам на встречу. — А мы уже думали, что вы сегодня не приедете и гадали, не случилось ли чего.
— Случилось, Зарушка, — радостно отозвался я, пожимая капитану руку. — Можешь меня поздравить, по дороге в Дубровник мы с Джамилей заехали в храм и обвенчались. Вот и припозднились чуток.
Лучезар застыл на месте от удивления. Потом покачал головой и разулыбался.
— Поздравляю вас, господин Яромир. Госпожа Джамиля, можно поцеловать вашу ручку?
Милочка, улыбаясь, подала ему руку.
— Если можно, обращайтесь ко мне без этих церемоний, Лучезар. Ужасно скучно, когда именуют госпожой без необходимости. Ведь мы можем отбросить формальности, Ромочка?
Я улыбнулся.
— Если хочешь, дорогая. Как правило, друзья не соблюдают формальности при общении. Посмотри на Яноша.
Джамиля посмотрела на Яноша, тот ответил ей честным, недоуменным взглядом. По-моему молодой человек благополучно забыл, что я король и потому самый большой начальник. Ко мне он обращался без излишних церемоний с первой же встречи. А вот Всеволода именует то господином, то полковником, то господином полковником.
Потом нас по очереди поздравили первый помощник Ратибор и боцман Милорад. Причем, во взгляде Милорада я явственно ощутил что-то отеческое. Словно мою недавнюю женитьбу он относит на счет прописанных им мне физических упражнений. Я улыбнулся и подмигнул боцману.
— Примешь на этот рейс меня в свою команду, Радушка?
Милорад заулыбался.
— Если хотите, господин Яромир. Но раз уж вы опять в моей команде, то позвольте спросить, вы уже ужинали?
— Перекусили по дороге, но ужином это не назовешь.
— В таком случае, я мигом. Правда, боюсь, еда немножко перестояла, мы ждали вас часам к восьми…
