Что ж, вышвырнуть меня не штука. Во мне до сих пор весу неполных шестьдесят килограмм при росте метр семьдесят пять — в общем, этакая глиста в скафандре. Но ни Всеволод, ни парочка его ребят, ни даже Янош, который в этих делах не слишком-то смыслит, допускать что-либо подобное были не намерены.
Я бережно погладил Лайлу, потом предложил:
— Девочка, давай-ка беги, собери вещи, и пойдем. А по дороге ты мне расскажешь за кого ты хочешь выйти замуж.
Лайла кивнула, еще раз поцеловала сестру и побежала собираться. Аттаф недовольно придвинулся было ко мне, но вид пары телохранителей, вместо худосочного меня, слегка остудил его пыл и он только проворчал:
— Мы уже сговорились с господином Хишамом о свадьбе. Осталось только день назначить.
— Я думаю, это ты возьмешь на себя, дорогая, — предложил я жене. — Как ты смотришь на первый понедельник четвертого месяца ровно через сто двадцать пять лет? Думаю, к тому времени наша Лайла вполне может успеть овдоветь по первой ходке…
Джамиля рассмеялась и согласно кивнула. Хишам пожал плечами и ретировался. Наша компания тоже покинула помещение не позже, чем через полчаса. Тем более, что Галия и Джамиля побежали помочь Лайле собрать вещи, а мои телохранители согласились их нести. Правда, доверять переноску хрупких вещей телохранителям лично я бы не решился. При первых же признаках опасности они имеют обыкновение или же бросать то, что несут в руках, куда подальше, или же использовать это в качестве подручного средства.
По дороге Лайла со смехом и слезами рассказывала, что она влюбилась в одного парня, но так как его папочка разорился, то Аттаф отказался выдать ее за него замуж, вместо чего предложил ей стать четвертой женой Хишама, которого мы видели несколько минут назад. Основное достоинство последнего, как я понял, заключалось в том, что Хишам не только не претендовал на деньги, которые я оставил еще в прошлый раз на приданное девушке, но и обещал и сам выделить на свадебные торжества крупную сумму в пользу Аттафа. В сущности, я оставил для Лайлы не такие уж большие деньги, но подобное стерпеть я не мог.
— Севушка, будь добр, отряди людей и наведи порядок. Кстати, ты ведь послал человека в торговый дом Мустафа?
— Да, Яромир. Сейчас мы вернемся на корабль, и, думаю, получим ответ. Кстати, раз уж вам вздумалось повздорить с местными жителями, я бы вообще рекомендовал вам жить на корабле.
— Там видно будет, — неопределенно отозвался я. — Нам еще надо познакомиться с возлюбленным Лайлы. Кстати, сестричка, как его зовут?
Но Лайла не одобрила моего легкомысленного тона. Она, как и всякий идущий следом, была привержена соблюдению обычаев и традиций и не могла позволить подобную фамильярность какому-то неверному.
— Милочка, ты еще не сказала сестре, что мы поженились, — напомнил я.
— О, так вы и правда мой брат, — обрадовалась Лайла, обхватила меня за руку — она шла между нами с Джамилей, полностью повиснув на моей жене, и принялась рассказывать.
Молодого человека звали Джабир. Он был последователем пророка и учился в финансовой академии — тут я невольно бросил взгляд на Яноша. Отец Джабира Марван был купцом и владел двумя кораблями. Фирма богатела со дня на день, и Марван уже подумывал о покупке третьего корабля, когда один из кораблей налетел на риф, а другой — попал в шторм на Средиземном море. Там, правда, шторма редки, но для тех, кто попал в шторм, этот факт служит небольшим утешением и вряд ли составляет предмет особой гордости. В общем, Марван остался ни с чем. Он мог бы на остатки средств открыть вновь перекупочный пункт, или сдавать в аренду склады, но люди не любят неудачников, и Марван остался не у дел. Думается, его попросту вышибли из дела — кому нужен лишний конкурент. Я поинтересовался, чем торговал Марван — оказалось, что он возил в Элладу индийский чай, а оттуда — оливковое масло. Я подумал, что с моей стороны поддержать чайного торговца — весьма эгоистическое начинание, и что почему бы бедному королю, вынужденному пробавляться цивильным листом, не заняться честным бизнесом, и выразил желание познакомиться как с Марваном, так и с Джабиром.
Лайла воодушевилась и выразила желание сбегать за своим Джабиром прямо сейчас. Я вздохнул, и послал с девушкой одного из своих телохранителей.
Девушка убежала, а я обнял жену.
— Видишь, дорогая, мы с тобой просчитались, оставляя Лайлу на твоего зятя. Я чувствую себя очень виноватым перед тобой.
— Ты не мог знать, что Аттаф решит погреть на этом руки, — возразила Джамиля. — И я тоже. Знаешь, даже хорошо, что мы с тобой обо всем теперь знаем. Ведь успели то мы вовремя!
