На мгновение Владик растерялся. Возможно ли, чтобы его друг не сгинул в хаосе зомби-апокалипсиса и выжил. Это было маловероятно. Просто потому, что если Владик был обычным комнатным юношей, не способным в одиночку прожить и дня без всех благ цивилизации, то Славик являлся организмом, взращенным в стерильных условиях чистой комнаты. Когда ему однажды интернет на три часа отключили, он впал в коматозное состояние – врачи едва вернули с того света. На улицу из квартиры выходил раз в три месяца, да и то нехотя. Каким чудом этот тепличный малый мог пережить конец света, Владик не понимал. Да, в рейдовых подземельях Славик был хорош, да, он был неплохим программистом, но в реальной жизни от него не было никакого толку. В одиночку он бы и часа не протянул. Разве что ему кто-то помог.
Владик собрался с мужеством и робко приоткрыл дверь. Приоткрыл, и едва не лишился чувств. Потому что прямо за той дверью начинался самый настоящий рай. Притом не просто какой-то рай общего пользования, а его, персональный, будто по заказу созданный.
За дверью открывалось огромное помещение, очень светлое и чистое, посреди которого возвышался мраморный фонтан с кристально чистой водой. Вдоль стен, на удобных креслах с функцией массажа от пролежней, восседали тощие прыщавые праведники с бледной кожей и воспаленными красными глазами, и непрерывно играли в компьютерные игры. Дабы процесс райского блаженства не прерывался физиологическими нуждами, под креслом у каждого был установлен унитаз, способный даровать облегчение даже в самый разгар битвы с финальным боссом. Чтобы праведников не мучили голод и жажда, шикарные девушки, каковые на грешной земле обходят бледных прыщавых юношей большим кругом, разносили яства и напитки, охотно позволяя похлопать себя по попкам, да и иные шалости так же не возбранялись. Владик как увидел этих девушек, так тут же забыл и Машку, и Алису, и Ингу раз и навсегда. А когда увидел, на каких крутых машинах рубятся праведники и сколь потрясающую картинку выдают мониторы, он забыл вообще обо всем на свете. А когда обнаружил, что все они играют в одну и ту же, его любимую игру, то понял – страдал не зря. Адские муки, пережитые им в ходе конца света, десять чаш страданий и горестей, испитые им стараниями демонического Цента, не были проигнорированы небесами. Высшие силы все видели. И все учли. По страданиям и награда.
Подошла девушка, такая нестерпимо красивая и столь символически одетая, что Владик едва на оргазм не изошел, и указала новичку на его место. Один из компьютеров ждал нового пользователя, притом, как отметил Владик, предназначенная ему машина была круче, чем у остальных, а кресло удобнее и с большим набором функций. Это он воспринял как должное. Справедливо, что ему, страдальцу и великомученику, досталось все самое лучшее. Кто из прочих праведников выстрадал столько же, сколько он? Кому из них довелось провести долгие месяцы рядом с кошмарным Центом?
Владик опустился в кресло, чувствуя давно забытое состояние счастья, повернул голову, и увидел по соседству лучшего друга Славика.
– Привет! – радостно сказал ему Славик.
– Привет! – поздоровался Владик. – Ты тут давно?
– Да с тех пор, как все это началось. Меня в первый же день и загрызли.
– И сразу сюда? – удивился Владик, и хотя вслух ничего не сказал, про себя все же решил, что высшие силы тут погорячились. Славик, конечно, хороший парень, но много ли он выстрадал? Погиб в первый же день зомби-апокалипсиса, можно сказать, и не мучился вовсе. То ли дело он сам, изведавший такое, что вспоминать жутко. Как-то не совсем правильно, что и ему и Славику одинаковый рай. Было бы справедливее, если бы лучший друг сидел не в удобном кресле, а на деревянном табурете. И компьютер ему можно было бы предоставить похуже, чтобы игры шли не на максимальных настройках. Максимальные, их еще выстрадать надо. И девушек следовало бы распределить иначе. Вот он, страдалец, заслужил самых красивых, а Славику хватило бы и страшненьких, потому что при жизни он все равно никаких не щупал, ему не с чем сравнивать.
Но Владик почти сразу же устыдился собственных мыслей, поскольку начал рассуждать как какой-то Цент, что все на свете мерил своими понятиями. Не прошло даром общение с извергом, нахватался скверны.
– А я все гадал, где тебя носит, – признался Славик, одним глазом глядя на друга, а другим на экран монитора, дабы не отрываться от игрового процесса. – Вот, думаю, все уже в сборе, одного Владика что-то нет.
– Да если бы я знал, что попаду сюда, я бы в первый же день умер! – с жаром выпалил Владик. – Ты даже не представляешь, что мне довелось пережить!
– Поведай! – взмолился Славик. – Нет, подожди. Подключайся к общему каналу и расскажи всем.
