Поначалу речь шла о каких-то скучных вещах, о запасах продовольствия у разных народов. Насколько я понял, что эта команда работала не только с кочевниками, а со всеми государствами нашего мира. После работы в городе кочевников я знал, насколько важны запасы еды, но боги общались настолько быстро, что я не успевал уловить суть дела. Оставалось только сидеть и болтать ногами. Потом темы с продовольствием и оперативными вопросами закончились, и Главный перевёл взгляд на меня. Я посмотрел на Главного. Это было ошибкой.
В лице этого мужчины было всё. Мудрость, глубочайшее понимание, глубокая боль от сочувствия всем человеческим бедам, но при этом и весёлая жизнерадостность. Он был таким хорошим, что хотелось упасть ему на грудь и плакать от того, что такое бывает. Проклятие, я начал плакать.
— Почему смертный только один? — удивлённо спросил Главный.
— Это единственный, кто в эту эпоху прошёл через барьер Преображения, — ответил Радо.
— Чего? Плохо работаем! Устройте им встряску. Трагические впечатления, глубокие прозрения. Иллюзий подбросьте, вдохновения добавьте. У нас хотя бы есть по три праведника на город? А то сами знаете, Господин не поддерживает города, в которых нет хотя бы троих праведников.
— Праведников хватает. А вот таких, которые перешли через барьер, нет. Сделали всё, что могли, — оправдывался Радо, как мальчишка.
— Ладно, работаем с тем, что есть. Полисаний, скажи своему слуге, чтобы не шумел, а то отвлекает внимание.
Слева от меня в пространстве возникло круглое окно, за которым стало видно, как Серен кладет поклоны и просит Господа спасти меня. Он находился совсем близко, на расстоянии вытянутой руки.
Я сунул голову в отверстие и позвал друга:
— Серен, эй! Хорош шуметь. Мы тут серьёзные вещи обсуждаем, отвлекаешь. У меня всё хорошо.
— Ага, — обалдело пообещал Серен.
Я вытащил голову.
— Лучше не переходи границу окна, оно может неожиданно закрыться, и голова будет дальше жить отдельно от тела, — посоветовал Ара.
— Что там у нас с климатом? — спросил Главный.
Встал докладывать дедок с такой длинной бородой, что её хватило, чтобы завернуться в неё целиком.
— Помедленнее, чтобы смертный понял, — предупредил Главный.
Из того, что сказал дед, я понял, что с климатом вскоре будет совсем плохо. Из-за небольшого общего похолодания на севере начнет расти шапка полярного льда, лёд будет отражать тепло, из-за чего станет ещё холоднее. Через три сотни лет с севера поползёт ледник в версту толщиной, ледник закроет все наши страны и дойдёт до тех мест, где сейчас только жаркая песчаная пустыня. Там тоже будет холодно, но безо льда.
— Как будем спасать культуру и учение Бога-из-огня? — спросил Главный.
Боги начали обсуждать идею присоединить ещё один мир. Я ничего не понял, но по этому поводу можно было не огорчаться, так как боги решили, что это плохая идея. Слишком большие глобальные повреждения типа волн в версту высотой, землетрясений и извержений вулканов.
— Значит, придётся эвакуировать людей в соседние миры. Но не факт, что они потом оттуда вернутся. А в этом мире как будем культуру сохранять? — опять спросил Главный.
— Есть большой остров… Мир, который мы присоединили много лет назад. Там будет относительно тепло, можно будет пахать и выращивать злаки. Эта культура про него не знает. Там живут люди — кошки. Проблема в том, что корабли этой цивилизации по техническим возможностям не очень могут до него доплыть, — доложил Радо.
— Значит, нужно, чтобы присутствующий здесь смертный открыл этот остров и запустил процесс совершенствования техники и кораблей. А ещё надо основать там колонию под любым предлогом, с полным запасом книг и истории, — решил Главный.
Все боги посмотрели на меня. Я и одного-то взгляда боялся, а тут сразу все… Я чуть не помер.
— Задачу понял? — спросил Главный.
— Только в общих чертах, — признался я.
— В подробностях её пока вообще никто не знает. Как придумаем, доведём. Кто с тобой чаще работает? Радо? Вот его и попросим. Пока учи язык южного народа.
Главный перевёл взгляд пониже, после чего посмотрел на Нуму:
— Я тебя сколько раз просил так с парнями не делать?
— Так хочется хорошее сделать выдающимся, — хихикнула Нума.
— Радо, верни маленького на место.
Одрамас встал и нарисовал рукой проём в стене из облаков. За отверстием обнаружились ступени, уходящие вниз. Я соскользнул с опостылевшего стульчика и поспешил за провожатым.
Проём за нами закрылся. Одрамас заговорил:
— Я умышленно веду тебя длинным путём. Надо обсудить кое-что о твоих последних изменениях. Сейчас после принятия полного беззлобия у тебя должны были возникнуть проблемы с параличом дыхания и стеснённостью в движениях.
— Откуда вы знаете?
