— А садись, — подвинулся возница. Я запрыгнул на скамеечку.
— Судя по одежде, значку и оружию, вы одновременно и студент — монах, и военный? — спросил дяденька, когда мы двинулись.
— Студент. А потом приняли в орден… Помогаю обеспечивать безопасность города иногда. Знаете, сколько людей на большие праздники прибывает? Малейшая ошибка — и задавят друг друга толпа на толпу, без всякого на то желания.
— О-о, большое дело, — послушно восхитился дяденька.
— А вы зачем едете? За кем-то из учащихся или гостиницу ищите? Могу подсказать приличную и недорогую.
— Буду благодарен, если сначала покажешь вход в Лавру, где на исповедь людей принимают, а потом гостиницу. Я тут впервые.
— Едем! Я с удовольствием. А если вы на исповедь, то лучше приходите пораньше, часов в пять или шесть. Очередь очень большая, все стремятся здесь исповедаться и причаститься.
— Ну… Мне не столько исповедаться, сколько поговорить… О жизненных проблемах.
— Нет, тут говорить просто так не будут. Только после исповеди можете что-нибудь спросить. Да и то вряд ли ответят, людей очень много ждёт исповеди и причастия. Если про серьёзные жизненные проблемы поговорить, прямо как если жить или не жить, то люди к монахам ходят, но там тоже на поток всё поставлено — грешен, каюсь, бог тебя простит, следующий заходи. И очередь к ним такая, что несколько недель надо ждать.
Дядька приуныл:
— У меня нет столько времени. Послушай, вас же учат на священников, может, ты мне ответишь. Вопрос простой и частый. Можно сказать, типовой. Меня родители в детстве сильно давили, оскорбляли так, чтобы сбежал в самостоятельную жизнь сразу, как только появилась возможность. А теперь они стали ветхими, жить сами не могут, пришлось взять их в дом. А они остались какими были, командуют в оскорбительной форме, жену обижают и вообще жить рядом невозможно. Иногда хочется их прибить. Я нашего святого отца спрашивал, а он только одно может твердить: «Почитай родителей твоих, и тебя Бог вознаградит!».
— А вы знаете, что происходит с человеком после того, как он принимает правило полного беззлобия, правой и левой щеки?
— Про то, что такое правило есть, слышал, о том, что надо жить любовью и других людей не обижать, знаю, но такого правила не принимал.
— А происходит то, что ничего не получается. Что-то пересиливает и в каждом конфликте действуешь так, как привык ранее — оскорблениями и грубостью. В житиях святых отцов полно историй про то, как у них первое время ничего не получалось. Да и к концу жизни они тоже себя ещё больше грешными считали. Жития святых читали?
— Да, я люблю почитать. Есть такое дело, встречал в житиях.
— О чём это говорит? Что управление человеком осуществляет чаще всего не сам человек, а животная часть. А там только гнев, гордость и подражание ранее виденному поведению. Даже после отказа от гордости очень тяжело выйти из-под этого давления. Вот к чему я рассказываю вам про правило правой щеки. Так что если ваших родителей в детстве шпыняли их родители и гоняли ровесники, то и они себя по отношению к вам будут вести деспотично и безжалостно. Даже если в детстве обещали себе быть хорошими. У них просто неоткуда было взять идею о том, что не стоит добиваться дома абсолютного послушания способами крайней жестокости. Ужасные жертвы ужасных жертв — так о них пишут в нашей литературе. А потом такие дети, униженные и оскорблённые в детстве, болеют от того, что заедают горе вкусностями или запрещают себе все радости из-за обиды на весь мир. Единственный способ это остановить — любовь и прощение, как Господь учил. Не забивать собственных детей, как бы не бесили, не выбивать из всех вокруг абсолютного послушания. А со временем и вовсе отказаться от гнева и любых унижений, начать жить только полной любовью.
Я посмотрел на дядьку и увидел, что он плачет.
— Ужасные жертвы ужасных жертв. Это значит, что их можно простить, но не слушаться. Молодой человек, вы сказали всё, что мне было нужно. Цель моей поездки достигнута. Вас всё-таки неплохо учат. Я предполагал потратить десять монет на жертву монастырю и ещё двадцать святому отцу за общение, но теперь я могу десятку отдать вам. Берите, вы их честно заработали. Я знаю, что у студентов тяжело с деньгами. Так что берите.
Мы как раз приехали к гостинице, в которой Орден недавно уничтожил хозяев — убийц, к гостинице, где я познакомился с Орденом. Гостиницу после этого передали паре, которая была очень обязана магистру, и которая сильно бедствовала. Предполагалось, что они подкормятся, содержа эту гостиницу, но паломников отпугивала плохая слава. Я провёл дядьку к хозяевам. Те были невероятно рады неожиданному постояльцу. Гостей у них было мало.
Я взял деньги, пожелал всем всего хорошего и пошёл домой пешком. На выходе из гостиницы возникла Вамташпа, потребовала пять монет, так как она обещала мне только пять, а я получил десять. Послал её ко всем чертям, сказал, что это было непредсказуемо и что мы ни на какую конкретную сумму не договаривались. Чертовка ездила по ушам и попрошайничала аж до ограды Лавры.
