Что забавно, вторым отрядом был отряд моего отца. Папочка вместо приветствия погрозил мне кулаком.
После прохода в лагерь я отправился искать своё оружие у мужика из обоза, которому оставил его перед переговорами.
Мужика я нашёл быстро, он уже был немного пьян. Нахальная морда принялась утверждать, что лук и копьё забрал граф, а меч потерялся. Пошел к графу, жаловаться. Граф ага Грануин, услышав мою жалобу, молча взглянул на своего старшего сына. Тот кивнул, выдал мне оставшееся снаряжение и потащил обратно к вознице. Увидев мужика, молодой ага Грануин достал свой меч и стал без лишних слов лупить возницу плоской стороной меча.
После некоторой порции воплей, божбы и жалоб на жизнь возница всё-таки признался, что продал меч маркитантке.
— Стыдно перед другими людьми нашему дому из-за тебя, — рыкнул молодой ага Грануин.
Отправились к маркитантке. Молодая разбитная особа, увидев нас, с порога зачастила:
— А вы небось за мечом, красавчики? Я сразу поняла, что этому пьянице верить нельзя. Дала ему как аванс бутылку, сказала за остальным завтра приходить. Заплатите несчастной девушке за бутыль, молодой господин? А меч мы по гербу опознали, отправили ага Долигану в укрепления кочевников. Я правильно сделала, молодые господа?
Я застонал. Потерять меч — это верная порка. Отец даже объяснений слушать не будет. Оружие потеряно — получи за бесчестье.
— Ты всё верно сделала, я заплачу тебе за бутыль, — нехотя сказал мой спаситель и протянул маркитантке несколько монет.
Пришлось мне тащиться домой без меча. По пути наткнулся на Ва, которая уже успела собрать своих гадюк и тащила их на вскрытие тел убитых в ходе рейдов кочевников. Оказалось, что разведывательные отряды притащили ей несколько тел, и они уже несколько подпортились, поэтому вскрывать надо было немедленно. Ва пыталась увлечь за собой и меня, но мне надо было позаботиться о коне и просто разобрать вещи после похода.
Как это ни удивительно, дома меня не выпороли. Отец был в прекрасном настроении, так как их отряд очень удачно разгромил огромный обоз кочевников и взял неплохую добычу в виде скота, оружия и разных железных изделий. Настроение моей семье повышало и то, что они наконец-то добрались до запасов пива.
Мой меч посыльный маркитантки передал нашим слугам, и Серен успел сунуть мне его перед тем, как я попался на глаза отцу. Папочка мимоходом поинтересовался, куда это нас носило с командующим. Оказалось, что в прошлый раз он пропустил мимо ушей весть о переговорах. Он считал, что командующий просто выезжал на разведку, жрицу брал в качестве лекаря от его старческих болезней, а меня брал только ради жрицы.
История о том, как мы вели переговоры с главой кочевников втроём с командующим и жрицей, изрядно повеселила мою семью. Меня обозвали «высоко залетевший птицей» и другими странными словами. Но информацию про чуму и про возможное продление военных действий на зиму намотали на ус очень внимательно.
После общего рассказа папочка посадил меня рядом и подробно выспросил обо всём, что спрашивал главнокомандующий. После этого он некоторое время сидел и хмыкал, что-то интенсивно обдумывая. Потом рыкнул и сказал, что надо готовить катапульту и баллисту к показу, раз уж похвастались. Я не смог удержаться от вопроса:
— Пап, а почему командующий задавал мне вопросы о стратегии? Что я могу знать больше него?
— Да ничего. Просто старый лис хочет, чтобы молодёжь заранее высказала все глупости, а заодно озвучила все неожиданные идеи, которые он мог бы потом приписать себе.
Машины в полной исправности стояли на заднем дворе, среди других повозок нашего обоза, и готовить их не было никакой необходимости. Мы с братьями только освободили проход и вытащили их в первый ряд.
Между делом папочка вспомнил, что по пути они встретили отбившееся племя кочевников, которое ненавидело самозваного лидера и хотело перейти на нашу сторону. Это племя должно было придти завтра. Граф ага Аркнейн передавал нам с жрицей просьбу встретить это племя, осмотреть и понюхать, чем они дышат.
Я спросил, предупреждали ли главнокомандующего и дозоры. Папочка задумался и сказал, что, наверное, нет, так как граф ага Аркнейн был занят.
От такой новости у меня чуть не сорвало крышу, и я помчался к Артаксалу, вождю «наших» кочевников, того племени, которое пришло первым и построило этот город. Вождь по названию племени ничего сказать не смог, припомнил только, что когда-то слышал такое название. Пообещал выделить пару переводчиков назавтра для встречи.
Следующим я помчался к главнокомандующему. Ради того, чтобы принять меня, генерал Дрог ага Раголини даже подвинул в очереди одного графа, пришедшего с докладом по хозяйственным делам.
— Хо-хо, молодой ага Долиган, уверен, что такой человек на стал бы тревожить меня по пустякам, — со смешком встретил меня генерал.
