Чершского четвертого на десять [14] числа пошел степью, чтоб их, стрелцов, и до конца всех погубить. И идучи де в той службе, ели они мертвечину, и в той степи пропало их, стрелцов, премножество. И в прошлом же де двести четвертом [1696] году в другом азовском походе город Азов июля девятого на десять [19] числа взяли привалом.
И в двести пятом [1697] году августа с шестого числа место города Азова все росчистили, и по наряду новоземляной город и ров делали, и в совершенство учинили. А работали денно и нощно во весь год самою совершенною трудностью.
И по ево де в.г. указу июля двадесят четвертого числа они, стрельцы, из Азова выведены; а сказано им итить к Москве; И по вестям де были они, стрельцы, на службе в Змееве, в Ызюме, в Цареве Борисове, на Маяцкой в самой в последней скудости и нужде.
И в нынешнем двести шестом году сентября двадесят первого числа велено им, стрелцом, итить на ево в.г. службу в полк к боярину и воеводе ко князю Михаилу Григорьевичю Ромодановскому в Пустую Ржеву, Заволочье, не займывая Москвы. И они де, стрелцы, радея в.г., в тот полк шли денно и ночно в самую последнюю нужду осеньним путем. И были на полском рубеже в зимнее время в лесу в самых нужъ-ных пустых местех, морозом и всякими нуждами утеснены.
И июня пятого числа нынешняго 206-го [1698] году по указу в.г. Новогородцкого розряду все полки велено роспустить. А боярин де и воевода князь Михайло Григорьевич Ромодановский их, стрелцов, вывел по полкам ис Торопца и велел рубить, а за что — того они, стрельцы, не ведают… [И слышали они] что в Московском государстве чинитца великое страхование, и от того на Москве в городех ворота затворяют рано, а отворяют часу в другом или в третьем дни, и всему московскому народу чинитца тягость…, что декМоск-ве идут немцы, и то де по всему знатно благочестию всесовершенное испровержение будет»*.
Вручив князю челобитную, Зорин потребовал зачитать ее перед солдатами, что, естественно, исполнено не было. Два стрельца, братья Калистратовы, попытались уговорить солдат присоединиться к ним, но их от полков отогнали. Обе стороны стали готовиться к сражению. Полковые священники отслужили молебны, исповедовали и причастили свою паству. Стрельцы дали друг другу клятву стоять насмерть и укрепились в обозе. Воевода Шеин предпринял последнюю попытку избежать кровопролития. Посланный к мятежникам Т. Ржевский еще раз потребовал сложить оружие и пригрозил обстрелом из пушек. Но стрельцы в ответ закричали: «Мы де того не боимся, видали мы де пушки и не такие».
