После казни Хованских перед царевной Софьей вновь встал вопрос: кого поставить во главе московских стрельцов? Регентша нуждалась в человеке, способном не только жесткой рукой подавить остатки брожения среди столичных низов, но и в том, чья преданность не могла вызывать сомнений. Опыт правления ее отца — царя Алексея Михайловича подсказывал, что таких людей надо искать среди деятельных представителей неродовитого дворянства, проявивших себя на государевой службе. Поиск подходящей кандидатуры занял почти три месяца. В течение этого период а ведал делами приказа Надворной пехоты окольничий Венедикт Андреевич Змеев, которому так и не удалось проявить себя на столь ответственном посту. В конце 1682 г. правительство принимает решение окончательно изъять из ведения Приказа выборные солдатские полки и восстановив прежний порядок сбора стрелецких денег. Эта функция возвращалась в органы территориального управления, но действовавшая система сбора стрелецкого хлеба была сохранена и просуществовала до 1697 г,
10 декабря состоялось очередное назначение начальника Стрелецкого приказа. Его главой становится думный дьяк Федор Леонтьевич Шакловитый. Благодаря исследованию санкт-петербургского историка М.М.Галанова мы можем проследить, как развивалась карьера
ФАШакловитого — одного из представителей «когорты новых людей» второй половины XVII века. Выходец из брянских детей боярских поступил на столичную службу в Разрядный приказ в начале 60-х годов. В 1672 г. его переводят на должность подьячего в приказ Тайных дел.
Взлет карьеры Ф.Л.Шакловитого выпал на начало царствования Федора Алексеевича. В связи с ликвидацией приказа Тайных дел Шакловитого вновь переводят в Разряд, в котором весной 1676 г. он получает чин дьяка. Вскоре его активная администраторская деятельность была отмечена пожалованием в дворяне московские. Фортуна благоволила Шакловитому, ставшему протеже влиятельных людей, извлекших наибольшие политические дивиденды из трагических событий весны-лета 1682 г. Эти же высокопоставленные особы были заинтересованы в продвижении своих креатур на различные административные должности. 27 августа того же года Шакловитого жалуют в думные дьяки Разрядного приказа.
Вскоре после назначения Шакловитого главой стрелецкого ведомства приказу было возвращено его прежнее название, но новому судье еще только предстояло начать масштабную работу по восстановлению былой лояльности московских стрельцов. Быстро и жестко подавив бунт одного из стрелецких полков, вспыхнувший в Замоскворечье в конце декабря 1682 г., Ф.АШакловитый приступил к искоренению крамолы среди стрельцов, предложив «перебрать» наличный состав всех полков и выслать на вечное житье в украин-ные города самых неблагонадежных. Решительные меры начальника Стрелецкого приказа позволили достаточно быстро стабилизировать ситуацию в Москве, и уже вскоре столичная жизнь вошла в прежнюю колею. Действия Шакловитого по упрочнению власти царевны Софьи были отмечены регентшей пожалованием ему чина думного дворянина и поместья в Брянском уезде в декабре 1683 г.
Добившись умиротворения стрельцов, глава Стрелецкого приказа в дальнейшем приложил максимум усилий для того, чтобы еще больше упрочить положение своей благодетельницы. Именно он стал одним из главных организаторов заговора по устранению Нарышкиных и возведению на престол государыни Софьи Алексеевны. Однако получить ожидаемую поддержку со стороны стрельцов Шакловитому так и не удалось. Фаворит Софьи на время отложил реализацию своих планов и организовал пропагандистскую кампанию по восхвалению деяний государыни царевны и дискредитации ее противников. Под его руководством была составлена хвалебная история регентства. В феврале 1689 г. в Москве появились «похвальные рацеи» царевне, отпечатанные по заказу Шакловитого черниговскими мастерами. В марте того
Святой великомученик Федор Стратилат с гербом ФЛ.Шакловитого. Гравюра XVII в.
же года на загородном дворе начальника Стрелецкого приказа те же мастера выгравировали и отпечатали 200 экземпляров новых гравюр с изображением царевны Софьи и великомученика Федора Стратила-та, в облике которого легко узнавался сам заказчик портретов. В то же время верные Шакловитомулюди всячески чернили перед стрельцами ненавистных Нарышкиных, распуская «зазорные» слухи о поведении царя Петра Алексеевича, пугали скорым избиением «потешными конюхами» царя Ивана Алексеевича и всех царевен.
