Все это происходило на Ивановской площади — центре нотариального дела старой Москвы. Здесь, у самой колокольни Ивана Великого, была устроена особая палатка, в которой согласно Соборному уложению 1649 г. площадные подьячие составляли различные гражданские акты — купчие, дарственные и прочие официальные документы. Видимо, тогда же право совмещать эти должности с ратной службой получили московские стрельцы, ставившие под документами свои подписи — «писал Ивановской площади подьячий такого-то приказа (полка) стрелец имярек». Этим правом пользовались не только рядовые стрельцы, но и их начальные люди (десятники, пятидесятники и даже пятисотенные).
На этой же площади объявлялись вины, и вершились наказания виновных по различным судебным делам. Торговые казни происходили перед помещениями тех приказов, где проводился розыск. Наиболее громкие дела обычно разбирались в Стрелецком приказе, в котором проводились дознания как по уголовным, так и по политическим преступлениям. Так в 1691 г. была поставлена перед Стрелецким приказом на нижнем рундуке боярыня А.А.Хитрово, которой за неистовые слова против государя было сказано вместо смертной казни ссылка на вечное житье в Белоозерский монастырь. Однако с середины 90-х годов следственные функции по политическим преступлениям стали изыматься из стрелецкого ведомства и сосредотачиваться в Преображенском приказе, которым руководил князь Ф.Ю.Ромодановский — царский «шут» и палач, бесконечно преданный Петру.
Причиной тому было явное неодобрение большинством подданных многих царских деяний. «В народе тужат многие и болезнуют о том, что на кого было надеялися и ждали, как великий государь возмужает и сочетается законным браком, тогда, оставя младых лет дела, все исправит на лучшее, но, возмужав и женясь, уклонился в потехи, оставя лучшее, начал творити всем печальное и плачевное», — писал современник, Разделяли это мнение и большинство стрельцов, которых Петр называл «не воинами, а пакасниками» (т. е. пакостниками).
Сдерживаемое до поры до времени недовольство вылилось в открытый протест вскоре после победоносного завершения второго Азовского похода, оплаченного непомерными тяготами и кровью тысяч служилых людей. Первой ласточкой надвигавшейся смуты стало дело И.Е.Цыклера, бывшего командира Стремянного полка, попытавшегося в 1697 г. организовать заговор с целью убийства Петра. Спустя год, когда царь находился с посольством в Европе, доведенные до отчаяния нищетой и бесправным положением стрельцы четырех московских полков двинулись на Москву с оружием в руках и вступили в бой с верными Петру частями. Среди требований восставших звучали призывы к изгнанию из столицы иноземцев и передаче власти царевне Софье, находившейся с 1689 г, в заточении в Новодевичьем монастыре,
Бунт был подавлен. Спешно вернувшийся из-за границы Петр, не вникая в первопричины произошедшего, излил на стрельцов весь свой гнев, копившийся годами. Москва ужаснулась потокам крови, пролитой в дни стрелецких казней. Эти события предопределили конец стрелецкого войска. К началу нового столетия столица была полностью очищена от стрельцов и их семей. В ходе ликвидации стрелецкого войска на Стрелецкий приказ была возложена задача — организовать распродажу принадлежавших стрельцам земельных участков и торговых мест. Вырученные от продажи деньги поступали в доход приказа. 3 ноября 1699 г. Стрелецкому приказу были переданы дела упраздненного Земского приказа, ведавшего ранее городским благоустройством23. Тем самым, некогда влиятельное военно-полицейское учреждение было окончательно преобразовано в административно-хозяйственное ведомство. Точка в этом процессе была поставлена царским указом от 23 июня 1701 г., по которому Стрелецкий приказ был переименован в приказ Земских дел. Позднее все дела, касающиеся стрелецкой службы, были переданы во вновь учрежденный приказ Военных дел’-4. На этом история приказа, игравшего столь значительную роль в жизни Московского государства на протяжении полутора веков, была завершена. 67
